Узница Минского гетто: «Память тоже оружие, с помощью которого мы боремся за добро»

Международный день освобождения узников фашистских концлагерей отмечается 11 апреля. Память — оружие против фальсификации истории и серьезное предупреждение о чудовищной бесчеловечности войн, напоминает корреспондент агентства «Минск-Новости».

Оккупанты считали себя высшей расой

11 апреля — неслучайная дата. Именно в этот день в 1945 году узникам «Бухенвальда», а это были люди разных национальностей, удалось поднять восстание и вырваться на свободу из лап гитлеровцев.

— Меня часто спрашивают, почему Минское гетто — более страшный концлагерь, чем «Освенцим», «Бухенвальд», «Дахау». Отвечаю: в «Бухенвальде» узник получал порцию баланды и место на нарах. Минское гетто было местом смерти и больше ничем. Здесь нас только убивали. Первая зима — неимоверно холодная, печки не топились: где взять дрова? Мебель уже давно сожжена. Разрушен водопровод. Узники умирали от пули, штыка, а также от голода, холода, болезней. Гетто было обнесено ржавой колючей проволокой. В горожан, кто пытался передать нам еду, фашисты и полицаи стреляли, — говорит Фрида Рейзман, бывшая малолетняя узница Минского гетто.

Фриде Вульфовне нынешней осенью исполнится 85 лет. Она возглавляет Минское благотворительное общество «Гилф» («Помощь»). Я давно знаю ее, лично познакомилась 5 лет назад. Фрида Вульфовна тогда надписала мне объемистый том истории Минского гетто в документах. Одним из спонсоров этого издания выступило общество «Гилф». Недрожащей рукой мужественная женщина вывела на титульном листе книги такие слова: «В надежде, что на этой маленькой земле не повторится больше подобных трагедий». Сегодня мы разговариваем с ней по телефону — в эпидемиологических условиях Фрида Вульфовна соблюдает режим самоизоляции. Голос ее, как всегда, громок и тверд. Энергетика личных переживаний огромна.

— Уже в июле 1941-го нацисты принудительно изолировали минских евреев от остального населения, а вскоре стали свозить сюда евреев из Западной, Центральной и Восточной Европы. Для чего? Чтобы уничтожать их скрытно, ведь оккупированный Минск находился далеко от европейских центров. Информации о том, что здесь творилось, не было, и эти семьи из Гамбурга, Берлина, Вены, Кёнигсберга и других городов надеялись, что их везут в Минск как пионеров колонизации восточных земель, прилежно трудились в госпитале, мастерских, на складах… Однако иллюзии быстро развеялись. Нацисты сначала убили тех, кто не мог работать. Весной 1942-го появились машины-душегубки… Погромы шли один за другим. Собственность уничтоженных евреев отправлялась в Германию с циничной надписью «Пожертвования белорусского населения немецкому народу».

Рейзман она по мужу. Девичья фамилия Фриды Вульфовны Лосик. Семья Лосик — отец, мать и трое детей — в гетто оказалась одной из первых. Фриде было почти 6 лет. Папа Вульф Соломонович, до войны рабочий минской обувной фабрики, стал одним из активных участников сопротивления, руководил подпольной группой. Всего в гетто действовали 22 группы. Они собирали медикаменты для партизан, саботировали работу на немцев, распространяли листовки, организовывали вывод детей и женщин из гетто в леса.

— Помощником отца в этих делах был 19-летний старший брат Лазарь. Оба сильно рисковали, в том числе нашими жизнями, поэтому мы часто меняли место жительства в гетто, скрывались под фамилией папиного дяди. Фашисты Лосиков искали. Нас никто не выдал! В 1942-м отец и старший брат вместе с товарищами вырвались в лес, создали партизанский отряд имени Кутузова. Когда началась рельсовая война, Лазарь стал асом по подрывным операциям, отправил под откос 17 вражеских эшелонов! Правда, тогда мы с мамой ничего не знали. Наступило лето 1943-го. Мать в колонне шла из гетто к месту работы, и вдруг… Ее имя выкрикнул незнакомый мужчина, по виду крестьянин, стоявший на обочине. Позднее выяснилось: Лазарь попросил этого крестьянина спасти нас. Мой 16-летний брат Миша к тому времени пропал. Крестьянин вывез из гетто меня, маму и еще восемь человек. А сам погиб. К великому сожалению, я не знаю его имени и фамилии. Много лет мы искали хоть что-нибудь о герое, хоть самую малость, но не нашли. Он был настоящий праведник.

Колонна рабочих-евреев идет из гетто на расчистку руин

Фрида провела в гетто более двух лет. Бегство из ада было спасительным. Вскоре гитлеровцы покончили с этим концлагерем окончательно. С 21 по 23 октября 1943 года здесь прошел последний погром, после чего в Берлин был отправлен победный рапорт. «Judenfrei! Свободно от евреев!» Более 100 тыс. человек уничтожено. А еще через некоторое время нацисты ввиду приближения советских войск стали раскапывать могилы и сжигать трупы. Трусливо заметали следы зверств.

Девочка встретила освобождение в деревне Поречье Пуховичского района.

— Мы с мамой шли на запад вслед за нашими танкистами и вернулись в Минск 5 июля 1944 года. Мама сразу побежала в тюрьму на Володарского. Ей сказали, что именно там погиб мой младший брат. В тюрьме была так называемая жидовская камера, и на ее стенах узники писали прощальные послания родным. Но Миша не успел этого сделать. Вместе с другими несчастными его расстреляли во дворе тюрьмы, трупы вывезли в Тростенец.

Минское гетто — один из самых крупных и жестоких лагерей уничтожения, созданный гитлеровцами в Европе. Концентрация евреев на небольшой замкнутой территории была этапом, предшествовавшим их полному истреблению. В итоге рейх получал жизненное пространство для заселения его немцами. Точнее, очищенные белорусские земли предназначались выходцам из Прибалтики, которые должны были управлять своими рабами — белорусами.

— Какое счастье, что эти планы сорвались, — говорит Фрида Вульфовна.  Свое спасение я считаю чудом, а жизнь после войны — даром. Бог дал мне поручение: хранить память о трагедии. Память — это ведь тоже оружие, с помощью которого мы боремся за добро.

Контур Минского гетто на современной карте белорусской столицы

Справочно

С 1933 по 1945 год в фашистских концлагерях побывали около 20 млн человек из 30 стран. Каждый 5-й узник был ребенком. Около 12 млн пленников погибли.

Читайте нас в Google News

ТОП-3 О МИНСКЕ