Народный артист БССР и СССР Борис Платонов сыграл на театральной сцене около 20 ролей, снялся в семи художественных фильмах, постоянно выступал на радио и стал любимцем публики. Как складывался жизненный и творческий путь героя — в материале корреспондента агентства «Минск-Новости».
«Поют жаворонки»
Вряд ли кто-то мог представить, что, имея весьма скромные внешние данные (ниже среднего роста, щуплый) и не особо крепкий голос, Б. Платонов войдет в летопись белорусской сцены как актер самого широкого творческого диапазона с фактически неограниченными возможностями. Он заслужит поистине всенародное признание. В 1950–1960-х годах почитатели Мельпомены шли в Белорусский академический театр им. Я. Купалы именно «на Платонова».
За 37 лет работы Б. Платонов прошел непростой творческий путь — от ученика драматического кружка Клуба белорусской рабочей молодежи до признанного мастера сцены ведущего академического театра Беларуси, народного артиста БССР и СССР, дважды лауреата Сталинской премии, от безмолвного статиста в массовых сценах до исполнителя сложнейших ролей мирового репертуара, таких как шекспировский Ромео, Жадов в «Доходном месте» Островского, мудрый, свободолюбивый Эзоп в постановке по пьесе Гильерме Фигейредо «Лиса и виноград»…
«Кто смеется последним»
Гений перевоплощения
Всесоюзную славу театру и самому Б. Платонову принесло участие в первой Декаде белорусского искусства, проходившей в Москве в 1940 году. Молодая актерская труппа была в числе лучших в СССР. А одним из самых ярких спектаклей стал «Хто смяецца апошнім» по сатирической комедии Кондрата Крапивы, где Платонов играл роль Зёлкина. «История советского многонационального театра знает много хороших постановок этой популярной комедии и интересных решений образа Зёлкина, — писали тогда театральные критики, — но такого Зёлкина, каким играет его Платонов в театре имени Янки Купалы, вряд ли найдешь. В его трактовке это ничтожнейший человечишко, в котором, кажется, собрались все гнуснейшие человеческие пороки. Актер не боится сгущать краски. В удушливой для здорового человека атмосфере сплетен Зёлкин — Платонов чувствует себя как рыба в воде; все движения рук, ног, тела, выражения глаз, почти не сходящая подхалимствующая самодовольная улыбка — все подчеркивает в нем человека, способного без особого труда проникнуть в самую узенькую щель, если за нею скрыта свежая пища для новой сплетни. Своим подхалимством и угодничеством, беспрерывным кривлянием и отвратительной улыбкой Зёлкин вызывает у зрителя чувство отвращения и брезгливости».
Борис Платонов и Ирина Жданович в спектакле «Ромео и Джульетта» (1946 г.)
В июне 1941 года театр выехал на гастроли в Одессу, где его застала Великая Отечественная война. Коллектив отправился в Москву, а оттуда был эвакуирован в далекий сибирский город Томск. Вместе с другими актерами Б. Платонов выступал перед трудившимися для фронта рабочими фабрик и заводов, перед уезжающими на передовую бойцами и отправленными в тыл на лечение ранеными.
Под софиты в солдатских сапогах
Будущий народный артист родился 6 августа 1903 года в семье минского нотариуса Виктора Ипполитовича Платонова, в которой кроме Бориса росли еще пятеро ребят — Женя, Лида, Алёша, Валентина, Мария. Заработков служащего частной нотариальной конторы едва хватало, чтобы свести концы с концами. Однако отец делал все, чтобы дети не знали бедности и получили хорошее образование.
С началом Гражданской войны Борис добровольно пошел в Красную армию. Служил в 37-м батальоне ВЧК, секретарем политсекретариата стрелковой бригады в Борисове.
В 1920-м, вернувшись к мирной жизни, стал членом любительского клуба «Беларуская хатка», созданного в начале 1916 года комитетом Минского отдела Белорусского общества помощи пострадавшим от войны. Юноша рисовал декорации, пел в хоре, занимался в танцевальном кружке, участвовал в спектаклях. Потом некоторое время играл в Белорусском театре революционной сатиры.
«Кастусь Калиновский»
Однако в полную силу его огромный артистический потенциал раскрылся лишь в Белорусском государственном театре, куда в 1922-м его направил Главполитпросвет. В одном из ведущих коллективов страны начинающему актеру повезло. Его сразу начали вводить в репертуар, и уже осенью того же года он сыграл роль молодого жреца в спектакле по пьесе Сергея Поливанова «Жрец Тарквиний», затем лакея в «Пасланцы» Леопольда Родзевича.
Душа народа
Главный секрет успеха этого уникального мастера сцены — в огромном внутреннем магнетизме. Даже декларативно-риторические роли Платонов исполнял с душевным теплом. Играя же отрицательных персонажей, был сатирически беспощаден. Он мобилизовывал весь свой талант, чтобы от его личного обаяния не оставалось абсолютно ничего.
В 1961–1963 годах Борис Викторович работал художественным руководителем Белорусского театра им. Я. Купалы. А с 1965-го заведовал кафедрой мастерства актера и режиссуры Белорусского театрально-художественного института. При этом, как вспоминают современники, нередко исполнял обязанности проректора и ректора, к которому и преподаватели, и студенты могли обратиться с любой проблемой. Каждого он умел внимательно выслушать, глубоко вникнуть в суть дела и решить большинство вопросов.
Борис Эрин, главный режиссер Белорусского театра им. Я. Купалы в 1964–1968 годах, который немало работал и общался с Б. Платоновым, характеризовал его так: «Платонаў быў няспешны ў меркаваннях, разважлівы. Ён не быў сентыментальным чалавекам, хоць меў вельмі далікатную душу. Іншы раз быў хмурым. Аднак у ім таіўся гнеў (не азлобленасць, а менавіта гнеў), калі выпаўзала на паверхню чыясьці карыслівасць ці няпраўда. Гэта адбывалася рэдка і зусім рэдка — публічна. У ім захоўвалася асаблівая беларуская лагоднасць і гасціннасць душы, якая адкрывалася з нейкай нарыхтаванай здольнасцю, нібы сама родная прырода зарадзіла сваім дарам гэтага чалавека для шчодрай добрасярдэчнасці. Асабліва тады, калі да яго прыходзіла радасць».
Депутата Верховного Совета БССР 5–6-го созывов, кавалера ордена Ленина, двух орденов Трудового Красного Знамени, труд которого также отмечен многими другими наградами, не стало 15 февраля 1967 года — на 64-м году жизни. Б. Платонов похоронен на Восточном (Московском) кладбище.
О талантливом актере, режиссере и педагоге сняты документальные фильмы «Мысли и образы» (1965) и «Лицо под гримом» (2003). Его именем названа улица в Минске.
Подготовил Эммануил Иоффе, профессор, доктор исторических наук
Фото из интернета
