«Вечером ложишься спать и не знаешь – проснешься ли». Минчанка с ковид и бактериальной пневмонией – о своем спасении

Высшим пилотажем назвала пациентка одной из столичных клиник действия медиков по спасению людей в период пандемии. О том, как ее лечили от коронавируса, и своих впечатлениях о проведенных в медучреждении днях минчанка рассказала корреспонденту агентства «Минск-Новости».

Боролись за каждого

— В 10-ю клинику меня положили с коронавирусной пневмонией, на которую еще наслоилась бактериальная, — рассказывает Жанна Беспалая. — То, что я с таким диагнозом попала именно сюда, было счастьем. И это не только мое мнение, но и сторонних людей — тех, кто лечился вместе со мной, врачей из моей 22-й поликлиники, друзей, знакомых. Я изнутри увидела, как шла борьба за жизни. Каждый день. Каждый час. Каждую минуту.

Какое у меня было состояние по тяжести течения болезни? Я не врач, опишу как пациент. Вечером ложишься спать и не знаешь — проснешься, встанешь или нет. Утром глаза открываешь — ты живешь! Можешь бороться, тебе дан шанс. Ты не один, рядом с тобой врачи. Они спасут.

Среди пациентов были и медики, в том числе из десятки. Сегодня к тебе приходила сестричка, давала лекарства, а через пару-тройку дней сама заболела. Больница не новой постройки, в палатах нет санузла, комнаты гигиены. Но это мелочи. Главное — персонал. И то, как организована работа по спасению людей. Это высший пилотаж! Ни капельки не преувеличиваю. В этой клинике я почувствовала, что мы, обычные пациенты, не безразличны докторам. И борьба за жизнь каждого человека — не просто слова. Оно так и было. Неважно, какой у тебя социальный статус и сколько тебе лет.

Глаза врача запомню на всю жизнь

В больницах редко была, но в этот раз своими глазами увидела, как люди работают в команде: врачи, медсестры (постовые, палатные, процедурные) и младший медперсонал. Боже, как же им было тяжело! Сутками на ногах, а еще эта космическая противочумная экипировка. Духота, жара… Поражаюсь, как они могли так долго трудиться в таких невыносимых условиях. Медсестра Марина в 7:30 брала у нас кровь, а в 20:00 ставила капельницы. Точно не скажу, но, наверное, за десять дней у нее был только один выходной. Мы спрашивали: а как же семья? У нее сын. Она отвечала: все под контролем. Анечка, Машенька — имена на костюмах были написаны — как о родных заботились о нас. Никто не жаловался. Их стойкость поражала.

Про доктора нашего расскажу, заведующего отделением — лечилась я в гинекологическом, которое перепрофилировали под ковидное. Зовут его Андрей Вергейчик. Никогда не видела его лица, только глаза, внимательные и уставшие, которые запомню на всю жизнь, как и глаза тех, кто с нами с утра до вечера возился. Натерпелись они с нами. Люди, когда болеют, капризными становятся. Некоторых пациентов даже ругали. Иногда. Спросите: почему? За дело. Домой, как только полегчало, они рвались. А нельзя было — анализы плохие, хоть и чувствовали (им так казалось) себя здоровыми. Врачам виднее, а народ не понимал, особенно бабушки. Третировали заведующего вопросами о скорой выписке. И каждый раз он объяснял особо непонятливым: «Наша работа направлена на то, чтобы вас вылечить, а не просто подержать в больнице и отправить домой». Однажды бабульке, которой под восемьдесят, шуткой ответил: «Вы молодая уже не молода, и как бы ни хотели, выписать вас не могу, побудете еще с нами».

Коронавирус — хитрая штука. Сейчас все нормально, а через 2 часа может резко стать плохо — отправят в реанимацию. Нас об этом врачи предупреждали. Первый вопрос, который задавали на обходе: «Как вы сегодня себя чувствуете?» Если не хуже, чем вчера, это уже великое счастье.

Вытягивали всех

Как нас лечили? Детально описывать не буду. Каждое утро измеряли температуру, уровень кислорода в крови (насыщение крови кислородом. — Прим. авт.). И в зависимости от состояния говорили, нужно ли подключаться к кислородной точке — дышать таким образом. У каждой кровати она была. Включаешь кислород, трубочки в нос вставляешь и дышишь. Еще на животе обязательно лежать надо было, чтобы легче дышалось. Мой день проходил примерно так: капельница, прием лекарств, опять капельница, кислород, снова препараты. У меня их было 12 видов. Только становилось хуже — оперативно корректировали схему лечения — меняли антибиотики и прочие лекарства. Медикаментов было достаточно. Помощь оказывали в полном объеме. Своими глазами видела, а лечилась я в больнице 18 дней. Одни пациенты были полегче, другие — потяжелее, а третьи — очень тяжелые. Вытягивали всех.

Врачи поразили меня сплоченностью, спокойствием, необыкновенными терпением и умением. Им всем пришлось переквалифицироваться и стать инфекционистами. На ходу переучивались. Так они нам, больным, говорили. От себя добавлю: иной раз слышу, что наша система здравоохранения не для простых людей, если ты не статусный, до тебя никому нет дела. Неправда это! Все, что я видела в десятой клинике, было направлено на спасение жизни людей. Доктора — обычные люди. Разные бывают. Но в моем случае это люди с большой буквы. Человечные. Это очень важно для нас, пациентов.

Мне говорили: главный врач десятой клиники Виктор Исачкин умеет подбирать людей. Так и есть. Убедилась лично. Уходила из клиники с бесконечной благодарностью к тем, кто там трудится. За то, что меня вернули к жизни, и не только меня, но и многих других. За те внимание и заботу, которыми нас окружали.

Будьте здоровы, дорогие наши медики!

Фото Тамары Хамицевич

Смотрите также:

Подписаться

Подписывайтесь на канал MINSKNEWS в YouTube
Подписаться

Подписывайтесь на канал MINSKNEWS в YouTube
Читайте нас в Google News

ТОП-3 О МИНСКЕ