Внес вклад в белорусский кинематограф и прославился в России. Воспоминания о режиссере Валерии Рубинчике

Замечательный белорусский режиссер, сценарист и коренной минчанин Валерий Рубинчик ушел из жизни 10 лет назад, в марте 2011-го в Москве. Его картины поэтичны, атмосферны, порой изысканны, нередко ироничны, иногда драматичны и даже мрачноваты, но скучными не были никогда… О периоде обучения режиссера во ВГИКе и первых работах в кино — в материале корреспондента агентства «Минск-Новости».

Валерий Рубинчик и актер Альберт Филозов на съемках фильма «Дикая охота короля Стаха»

Джаз Эдди Рознера и минский Феллинчик

Будущий автор знаковых «Последнего лета детства», «Венка сонетов», «Дикой охоты короля Стаха», «Культпохода в театр» родился в Минске в апреле 1940-го, воспитывался в интеллигентной семье и с детства лелеял мечту попасть в волшебный мир кино. И неспроста.

Отец Давид Исаакович поработал директором в знаменитом джазовом оркестре Эдди Рознера, администратором в Русском театре и имел немало знакомых в творческой среде. Слушая увлекательные разговоры взрослых, Валерий стал неплохо разбираться в искусстве, много читал, накапливая знания. А после окончания столичной СШ № 42 устроился на «Беларусьфильм», чтобы поближе познакомиться с делом, которому собирался служить.

Поднабравшись опыта и впечатлений в съемочных группах, настойчивый парень поступил на режиссерский факультет в Белорусский театрально-художественный институт. Со ВГИКом, о котором мечтал изначально, получилось не сразу, зато с 3-го курса своего вуза Валерий перевелся в институт кинематографии сразу на 2-й, в мастерскую Якова Сегеля.

В фильмографии последнего числились «Дом, в котором я живу» (совместно с Л. Кулиджановым), «Прощайте, голуби!», у него учились в разное время Станислав Говорухин и Леонид Нечаев. Это была прекрасная школа. Рубинчик, обожавший творчество Федерико Феллини, слыл эрудитом, учился прилежно и заслужил шутливое прозвище Феллинчик, причем в некоторых его работах влияние великого итальянца очевидно прослеживается.

Окончив ВГИК, он много и удачно работал на «Беларусьфильме», но так и не удостоился на родине высокого звания, соизмеримого с его вкладом в белорусскую культуру. А после переезда в Москву стал в 1998-м заслуженным деятелем искусств Российской Федерации.

Рубинчик обучал начинающих киношников в том же ВГИКе, в Институте современного искусства и других учебных заведениях, не забывая о собственном творчестве.

Аристофановская «Лисистрата», в свое время поставленная им и с неизменным аншлагом проходившая в минском театре киноактера, «Нелюбовь» по сценарию Ренаты Литвиновой, остроумное «Кино про кино», неоднозначный «Нанкинский пейзаж» и несколько других ярких лент увидели свет уже на «Мосфильме».

Проза Рыбакова и сонеты Ахмадулиной

— Мы познакомились с Рубинчиком во ВГИКе, — вспоминает сценарист и редактор Изольда Кавелашвили, в свое время возглавлявшая телевизионное объединение «Беларусьфильма». — Нашему сценарному курсу и их режиссерскому читали лекции по зарубежной литературе и живописи, иногда нас объединяли в одной аудитории. Да и жили в одном общежитии, Валерий, по-моему, на четвертом этаже, я на пятом. Дружил он с Сергеем Соловьёвым, напоминавшим мне подростка. Валера его одно время опекал.

Был он человеком очень мягким, доброжелательным, вежливым, интеллигентным, не наглым или нахальным, как многие его однокашники. Четыре года, допустим, я видела в общежитии будущего известного режиссера и писателя, всегда нетрезвого и постоянно матерившегося. Рубинчик себе такого не позволял никогда.

Я уже работала на «Беларусьфильме», когда он снял прекрасную короткометражку «Красный агитатор Трофим Глушков», а года через три — признанную неудачной «Могилу льва». С начальством отношения не складывались, и Валеру начали игнорировать.

Однако не было бы счастья, да несчастье помогло. Умер экранизировавший повести «Кортик» и «Бронзовая птица» режиссер Николай Калинин, и снимать третью часть трилогии Анатолия Рыбакова я, к тому времени назначенная директором телевизионного объединения, предложила Валерию. Он написал сценарий, и мы запустили в работу «Последнее лето детства».

Весной в Минск приехал Рыбаков, которому при их очном знакомстве Рубинчик очень не понравился, просмотрел отснятые примерно три четверти фильма и написал 27 замечаний! Исправить все было немыслимо, мы продолжили работу и перед Новым годом поехали в Москву показывать картину.

На Центральном телевидении спросили, видел ли ее автор повести, и отказались принимать без его согласия. А это вечер пятницы 30 декабря, завтра новогодняя суббота… Благо у меня с Рыбаковым сложились приятельские отношения, и я, дозвонившись ему, едва уговорила приехать утром в «Останкино». Писатель пришел, посмотрел, скрепя сердце признал ленту, и ночью в поезде Минск — Москва мы с Валерой отмечали и Новый год, и нашу победу!

А фильм, по-моему, получился прекрасный. Музыку к нему писал, как ранее к «Трофиму Глушкову», а позже к «Венку сонетов» и «Дикой охоте короля Стаха», Евгений Глебов. И это тоже было попаданием в десятку.

Что касается «Венка», по откровенно слабому сценарию Валера сделал маленький шедевр. Он уговорил читать за кадром свои сонеты красавицу Беллу Ахмадулину с ее чудным голосом. Внесла в картину ощутимую лепту оператор Татьяна Логинова, как в «Культпоход в театр» — Юрий Елхов. Рубинчик умел находить единомышленников.

Тайные смыслы

Татьяна Логинова

— Мне очень повезло, что удалось поработать с Рубинчиком, — размышляет Татьяна Логинова. — Если бы не он, я бы не состоялась как оператор. Мы недолго поработали вместе на «Последнем лете детства», куда ему пришлось взять меня вместо внезапно уехавшего Марка Брауде. А вот «Венок сонетов» уже полностью снимали вместе.

Фильм очень понравился и зрителям, и критикам, был отмечен призами. Получив право ставить «Дикую охоту короля Стаха», режиссер вновь предложил мне сотрудничество. К тому времени у нас сложился тандем, мы понимали друг друга с полуслова. Рубинчик был безумно талантливым человеком, эрудированным, великолепно разбирался в музыке, литературе, живописи. Переполненным собственными творческими идеями и замыслами, но очень внимательно относившимся к предложениям всей группы, понимая, как важно играть в одной команде.

Нужную натуру подыскать оказалось трудно, мы с Рубинчиком и художником Чертовичем исколесили всю Беларусь и нигде не нашли подходящего старинного замка и интерьеров. Поэтому поехали в Украину, неделю продолжали поиски, поездка была тяжелой. В итоге нам приглянулся хорошо сохранившийся дворец в Подгорцах на Львовщине. Интерьеры — шикарные лестницы, зал в дереве и прочее — тоже нашли во Львове

До съемок «Дикой охоты короля Стаха» я успела прочесть повесть Короткевича, по произведенному впечатлению сравнивая ее с гоголевским «Вием».

Во время сдачи картины худсовету на киностудии я сидела в зале прямо за спиной Владимира Короткевича. Писатель время от времени хмыкал, словно был недоволен. Но после просмотра, как рассказывали, согласился, что это заметно отличное от его замысла, однако самостоятельное и замечательное произведение.

«Меня интересует тема взаимоотношений искусства и жизни, — в зрелом возрасте признавался Валерий Рубинчик. — Ведь как говорят: «Осенило!» Или: «Мне стукнуло в голову…» Почему? Жутко интересно! Отсюда инфернальность искусства, его непознаваемость и непостижимость. Об этом, кстати, и мой фильм «Дикая охота короля Стаха» — о жизни человека в мире иллюзий, фантазий, в мире ужаса и страха, создаваемых вымыслом. И в «Венке сонетов» у меня спрятан тайный смысл — искусство в пространстве ужаса, в пространстве духовной пустоты…»

Фото из архива Музея истории белорусского кино

Смотрите также:

Подписаться

Подписывайтесь на канал MINSKNEWS в YouTube
Подписаться

Подписывайтесь на канал MINSKNEWS в YouTube
Читайте нас в Google News

ТОП-3 О МИНСКЕ