ВОТ МОЯ ДЕРЕВНЯ. Как 100 лет назад в Новинках лечили душевнобольных

С чего начинались Новины (такое сначала было название) и как развивалась эта территория — в материале корреспондента агентства «Минск-Новости».

Новый жилой район на ул. Выготского

Вчера и сегoдня

Соседка с семьей переселилась в жилой район Новинки и пригласила на новоселье. После застолья решили прогуляться и посмотреть на бывший поселок, в котором я не была лет десять. Перемены впечатлили. Новые жилые кварталы, супермаркет, кафе, много общественного транспорта, воркаут-площадки, цветники… Гордость района — Свято-Елисаветинский женский монастырь, образец храмовой архитектуры, создающий особую ауру света и любви! Раньше Новинки ассоциировались с местной психиатрической больницей. Сейчас это Республиканский научно-практический центр психического здоровья — один из крупнейших в Европе.

Храм Свято-Елисаветинского монастыря

Однако начинались Новины (такое сначала было название) вовсе не с больницы, а с небольшой лесной сторожки, упомянутой в документах 1885 года. Территорию вокруг стали обживать пришлые люди, которых к 1908-му набралось уже под шесть десятков. Нашла и другую запись в архиве: «Минское Земство постановило приступить к постройке за городом психиатрической лечебницы на 500 мест. Для такой надобности в 1914 году приобретен плац 70 десятин в имении Новинки». Усадьбой владел помещик Верниковский — пьяница и гуляка. Промотал состояние и, чтобы заплатить по долгам, продал пришедшее в упадок имение. Однако планы земства по разным причинам не сбылись. Уже позже, в 1918-м, в заброшенных помещичьих постройках открылась 1-я Советская трудовая колония душевнобольных Новинки. А вокруг нее образовался поселок.

Оригинальная метода

За отсутствием лекарств главврач Семен Волочкович лечил пациентов по-своему. Больные работали на полях, плотничали, ремонтировали обувь, ухаживали за курами, поросятами, коровами, лошадьми и кроликами. Насколько такая трудотерапия помогала в психиатрии, не знаю, но пребывание на свежем воздухе, спокойная обстановка, парное молоко, свежее мясо, овощи и фрукты делали свое дело: пациенты чувствовали себя гораздо лучше. Елене Гунько было 16 лет, когда она в 1930-м приехала в Новинки работать. На момент нашего знакомства бабуле исполнилось 99, но память ей не изменяла.

Персонал и пациенты больницы, 1920-е годы

Смотрю, стоят два барака, а дальше — пустырь и поле, — вспоминала свой приезд Елена Иосифовна. — А надеялась, что это большое село. Огорчилась. Поставили меня кухонной рабочей в больнице, одели в белый халат. И вот мою я посуду, а глиняные миски из рук выскальзывают и бьются. Расплакалась, люди стали меня утешать…

В 1935-м к Елене приехал жених Николай и остался в колонии работать трактористом. Поженились. Когда началась Великая Отечественная, Николай ушел на фронт и погиб. 25 июня 1941-го поселок заняли гитлеровские оккупанты. Елена Иосифовна с двумя маленькими детьми (третьим была беременна) успела пешком уйти к матери в деревню Бориски. Фашисты сожгли деревянную лечебницу, а пациентов расстреляли на пустыре.

После войны больницу отстраивали заново. Приехали новые сотрудники, в том числе и бывшие фронтовики. Трудились санитарами, кладовщиками, плотниками, на кухне. Недоедали, недосыпали. Тяготы переносили не все. Из медиков удерживались только энтузиасты, такие как Ольга Ольшевская, Мария Панкевич, Александр Плавинский. Елена Гунько до глубокой старости была в медучреждении санитаркой. Когда ослабла, за ней стали присматривать дети и внуки. Каждый день навещала и соседка Мария Шемпель. Она приехала в Новинки в 1955 году вместе с другими выпускниками Борисовского медучилища.

Нашли свой дом

— Нам страшно не хотелось ухаживать за психически больными, — поведала Мария Васильевна. — Собирались просить главврача, чтобы он нас отпустил. Но коллеги очень тепло отнеслись к нам, поэтому все-таки остались.

Поселили медсестер по шесть человек в комнате. Печь топили торфом, который дымил, а тепла почти не давал. Воду носили издалека. В доме она замерзала, а халаты надо было стирать каждый день. Плюс ко всему Марию и ее подругу Валю Крижевицкую определили в отделение буйных.

Запомнился мне Кащеев, — продолжила собеседница. — Почему-то ему на кровати не спалось. Он сбрасывал матрац на пол и ложился возле холодной печки. Другой больной по ночам бродил по коридорам и пугал нас. Одна из пациенток истерично хохотала и рыдала. Мы с Валей как могли успокаивали каждого, выслушивали, поддакивали. Ко всем странностям пациентов и врачи, и персонал относились терпеливо.

Медсестры больницы Мария Шемпель (слева) и Валентина Крижевицкая, 1956 год

Мария вышла замуж за Алексея Шемпеля, тоже приезжего. Смастерили пристройку к бараку, там и поселились. Родилась их первая дочь, Ирина.

По чердаку над головой бегали мыши, — поделилась Ирина. — Я смотрела ночью вверх и боялась, что серая тварь упадет на меня. Зато днем было весело: играли с детьми в прятки в лесочке рядом с бараком, качались в гамаке, катались на велосипеде.

Когда в Минске сносили частные дома на улице Осипенко, часть срубов перевезли в Новинки для больничного персонала. Поставили один за другим по обе стороны дороги. Так возникла одна из первых в поселке улиц. По просьбе жителей ей дали название Юбилейная (позже переименовали в Выготского). Переехали в такой дом и Шемпели. В трудовой книжке у Марии Васильевны всего две отметки: принята и уволена. Стаж более полувека. Муж всю жизнь проработал в больнице водителем. Две дочери с семьями тоже осели в Новинках.

…Вспомнила эти истории, пока гуляли по жилому району. На улице Выготского увидели сохранившийся кусочек частного сектора. Его обступили высотки. Найти домик Шемпелей не удалось. Может быть, его уже снесли и семья живет в новой квартире?

Справочно

В 2003 году поселок Новинки вошел в Центральный район Минска. Некоторые улицы переименовали. Появились и новые: Ярошевичская, Будславская, Автомобилистов, Марусинский переулок.

Фото автора, из семейного альбома Марии Шемпель и Интернета

Еще материалы рубрики:

ВОТ МОЯ ДЕРЕВНЯ. «Смотрю на нее — и грустно становится: исчезнет скоро…» Старожилы — о Щомыслице

ВОТ МОЯ ДЕРЕВНЯ. Воспоминания коренного жителя бывшей д. Лошица

ВОТ МОЯ ДЕРЕВНЯ. «Нас чуть не расстреляли». О поселении, давшем название станции метро, и его жителях

ВОТ МОЯ ДЕРЕВНЯ. Паны и батраки, могилы наполеоновских воинов. Что еще хранит древнее поселение Сухарево

ВОТ МОЯ ДЕРЕВНЯ. Из истории Медвежино

Читайте нас в Google News

ТОП-3 О МИНСКЕ