«Ядерное» заявление Ирана, суд над Эйхманом и теракт на «Октябрьской». Этот день в истории: 11 апреля
- Подписаться на
Хроника важных и интересных событий, произошедших в городе, стране и мире 11 апреля в разные годы, — в подборке корреспондента агентства «Минск-Новости».
1921 год. В США осуществлена первая в мире прямая радиотрансляция спортивного события
Радиостанция KDKA в Питтсбурге в прямом эфире провела трансляцию боксерского поединка — бой Джонни Рэя и Джонни Данди комментировал спортивный редактор газеты Pittsburgh Daily Post Флорент Гибсон. Для радиослушателей это был революционный опыт: живые описания боя пришли прямо в дома и в магазины, где собирались слушатели. Как сообщило агентство Associated Press, любители спорта, находясь за многие мили от спортивной арены, «стали свидетелями боя на ринге со всей реалистичностью каждого удара», слыша «звуки сражения, звон гонга и крики болельщиков».
В том же году радиокомментатор Харольд Арлин провел прямую трансляцию бейсбольного матча между «Нью-Йорк Янкиз» и «Нью-Йорк Джайентс».
Эти эфиры показали: радио подходит не только для новостей и музыки, но и для трансляций спортивных событий. Первоначально спортивные трансляции носили эпизодический характер и были доступны ограниченному числу слушателей.
В 1927 году в Великобритании состоялась первая радиотрансляция футбольного матча — слушатели узнали, как прошла игра между «Арсеналом» и «Шеффилд Ю». В 1930-е годы спортивные трансляции на радио стали более регулярными, зародился формат, при котором освещались важнейшие турниры. В 1936 году в Берлине прошли первые Олимпийские игры, которые транслировались по радио во всем мире.
К середине XX века радио стало массовым и доступным, появились первые специализированные спортивные каналы, которые транслировали не только игры, но и программы, посвященные анализу спортивных событий, интервью с тренерами и участниками соревнований.
Основоположником советской школы спортивного радиорепортажа стал Вадим Синявский, который комментировал футбол, хоккей, баскетбол, соревнования по плаванию, легкоатлетические эстафеты и даже турниры по шахматам.
1961 год. В Иерусалиме начался судебный процесс над одним из руководителей гестапо Адольфом Эйхманом
Эйхман возглавлял IV отдел Главного управления имперской безопасности (гестапо), который занимался депортацией евреев в гетто и концентрационные лагеря, использованием газовых камер как средств массового уничтожения. Нацист играл важную роль в подготовке и проведении Ванзейской конференции, а позднее в реализации ее решений по «окончательному решению еврейского вопроса». После Второй мировой войны ему удалось избежать наказания и скрыться в Аргентине.
Для Израиля вопрос розыска и наказания бывших нацистов был принципиальным. Большая часть населения страны либо сама пострадала от Холокоста, либо имела большое количество пострадавших родственников, друзей и знакомых.
В конце 1950-х годов появилась информация о том, что Адольф Эйхман живет в Буэнос-Айресе со своей семьей под именем Рикардо Клемент. Власти Аргентины неоднократно отказывали в выдаче военных преступников, поэтому было принято решение похитить его. В мае 1960 года агенты Моссада (службы внешней разведки и специальных операций Израиля) захватили Эйхмана и тайно вывезли в Израиль.
Судебный процесс над нацистским преступником начался 11 апреля 1961 года в окружном суде Иерусалима. В декабре он был приговорен к смертной казни, которая в конце мая 1962 года была приведена в исполнение.
1981 год. Во время гастролей в ФРГ сын и внук знаменитого композитора Дмитрия Шостаковича — 42-летний дирижер Максим и 19-летний пианист Дмитрий — отказались возвращаться в СССР и попросили политического убежища на Западе
Дмитрий Шостакович и Максим Шостакович
К тому времени народного артиста СССР Дмитрия Шостаковича уже более пяти лет как не было в живых, а его сын Максим вырос в дирижера и пианиста мирового класса. Он выступал с Московским филармоническим оркестром, Государственным оркестром СССР, руководил Симфоническим оркестром Министерства культуры СССР, стал главой оркестра Всесоюзного радио и телевидения, ему дали звание заслуженного артиста РСФСР. И все же, несмотря на звания и регалии, он не захотел остаться в Советском Союзе.
«Я отыграл все гастроли в Западной Германии, и после последнего концерта сел не в автобус, который ехал в СССР, а в полицейский автомобиль, и уехал в полицию. Не буду скрывать, автомобиль меня ждал», — рассказывал позже Максим Шостакович в одном из интервью.
Свой отъезд он назвал «абсолютным протестом против всего кошмара, который представляла советская действительность». С его слов, он не желал, чтобы его сын рос в такой обстановке, и хотел играть произведения, не навязанные, а выбранные самостоятельно.
После непродолжительного периода пребывания в Европе отец с сыном перебрались в США. Максим Дмитриевич дирижировал Гонконгским филармоническим и Новоорлеанским симфоническим оркестрами. Еще раз женился, на свет появились дочка Мария и сын Максим.
В 1994 году Максим Дмитриевич впервые после своего отъезда выступил в России, а через несколько лет вернулся насовсем, поселившись под Санкт-Петербургом.
Возвращение Шостаковичей на родину многих потрясло почти так же, как и их отъезд на Запад. На вопрос журналистов «Почему вернулись?» Максим Шостакович ответил так:
«Когда страна поменялась, я вернулся. Ненавистная советская система, наконец, рухнула. К тому же, мы очень устали от бесконечной перемены мест. Дочь доросла до школы, подрастал и сын Максим. Отдай мы их в Америке в школу, дети стали бы американцами, забыли бы Россию. Наше родительское стремление состояло в том, чтобы воспитать в них национальное самосознание».
2006 год. Президент Ирана Махмуд Ахмадинежад заявил о значительном прогрессе в национальной ядерной программе и успешном обогащении урана
По государственному телевидению Ахмадинежад сообщил, что в стране полностью завершена разработка технологии производства ядерного топлива в лабораторных условиях: иранские специалисты провели обогащение урана на каскаде из 164 центрифуг до уровня примерно 3,5 % содержания изотопа урана‑235. Такое обогащение обычно достаточно для производства топлива для атомных электростанций, в то время как для ядерного оружия требуется значительно более высокий уровень обогащения (порядка 90 %).
«Нам удалось создать полный ядерный цикл и обогатить уран до уровня, достаточного для производства топлива для АЭС», — победоносно заявил Ахмадинежад. Чуть позже глава Организации по атомной энергии Ирана Голямреза Агазаде пояснил, что до конца года Тегеран планирует увеличить количество центрифуг до нескольких тысяч в рамках развития национальной ядерной программы.
Реакция в мире была смешанной. СМИ задались вопросом, в какой именно «ядерный клуб» собирается войти Иран — в тот, где государства развивают гражданскую энергетику под контролем МАГАТЭ, или в тот, куда без приглашения де-факто вошли Индия и Пакистан, создавшие параллельно с развитием ядерной энергетики свое ядерное оружие.
Тегеран уверял, что его программа направлена исключительно на удовлетворение энергетических нужд, а эксплуатация АЭС будет проходить под контролем МАГАТЭ, в рамках Договора о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО).
Однако в Вашингтоне заявили, что Иран вступил на путь неповиновения, который приведет лишь к дальнейшей изоляции Тегерана. Сразу два авторитетных американских издания — газета The Washington Post и журнал New Yorker — написали о том, что в администрации Буша взвешивают и военные варианты воздействия, включая возможность превентивного удара по ядерным объектам Ирана.
Международный контроль и переговоры продолжались; в 2015 году был достигнут Совместный всеобъемлющий план действий — так называемая ядерная сделка, которая на время ограничила обогащение и число центрифуг в Иране. В 2018 году США вышли из сделки, после чего Иран частично возобновил и нарастил программу обогащения, в том числе до более высоких уровней, чем 3,5 %.
Со дня заявления Ахмадинежада прошло 20 лет. В США и Иране сменились руководители, но подходы Вашингтона по отношению к ядерной программе Тегерана не изменились, как и ставка на военную силу в качестве главного аргумента.
2011 год. Произошел теракт в минском метро, в результате которого погибли 15 человек и более 300 получили ранения
Взрыв на станции метро «Октябрьская», тогда единственной пересадочной и самой загруженной станции минского метрополитена, прогремел в вечерний час пик, в 17:56. Управляемое взрывное устройство было закреплено под одной из скамеек на платформе и сработало, когда переполненный состав прибыл на «Октябрьскую» со станции «Площадь Победы».
По словам машиниста пострадавшего поезда, взрыв произошел примерно через две секунды после открытия дверей вагонов. В этот момент на платформе находилось около 300 человек.
Двигавшейся в момент взрыва состав с другой стороны платформы вынужден был проследовать станцию без остановки.
В результате взрыва на платформе образовалась воронка диаметром около 80 сантиметров. Его мощность составила от пяти до семи килограммов в тротиловом эквиваленте. Взрывное устройство было начинено металлическими шариками диаметром около одного сантиметра.
Взрыв сопровождался густым дымом. Многих отбросило ударной волной. Люди бросились к выходам из метро. Но после, как вспоминают очевидцы, некоторые стали возвращаться к месту взрыва. В основном — мужчины. Помогали выносить раненых.
К месту трагедии оперативно прибыли медики, сотрудники ОМОН, МЧС, других служб. Пострадавших выносили из подземки и развозили по больницам. Когда носилки закончились, вырывали сиденья в вагонах и укладывали людей на них.
Один из спасателей вспоминал: «Когда всех эвакуировали, мы зашли в тот вагон, который принял на себя всю ударную волну от взрыва. Внутри все было перевернуто, а на полу лежали мобильные телефоны, они звонили непрерывно… Было немного не по себе».
Еще не было понятно, что произошло. Но когда врачи в приемных отделениях начали принимать первых пациентов и доставать из их тел куски бетона и мраморную крошку, многое прояснилось. По характеру травм пострадавших и повреждений конструкций подземки правоохранители определили теракт в качестве основной версии взрыва и приступили к расследованию инцидента.
Для оказания помощи в расследовании в Минск прибыли криминалисты ФСБ России.
Уже спустя сутки после трагедии белорусские спецслужбы задержали подозреваемых в терроризме уроженцев Витебска 25-летних Дмитрия Коновалова и Владислава Ковалева. Коновалов принес на перрон сумку со взрывчаткой, а Ковалев знал о его планах и не остановил. Следствие шло 105 дней. Обоих приговорили к расстрелу. Приговор был приведен в исполнение в марте 2012 года. По данным прокуратуры, целями взрыва были дестабилизация общественного порядка и устрашение населения. Теракт 2011 года стал первым и единственным за всю историю Минского метрополитена.
В первую годовщину трагедии — 11 апреля 2012 года — у входа на станцию метро «Октябрьская» был открыт памятный знак «Река памяти». Композицию из бронзы и гранита выполнил скульптор Константин Селиханов. На бронзовой стеле изображены 15 волн, на гребнях которых — фамилии 15 погибших.
