«Янку Брыля узнавали по звонкому голосу». Побывали в квартире в «писательском» доме на ул. К. Маркса
Лингвист-переводчик, писательница Виктория Клевко вместе с мужем пять лет назад купила квартиру в благородной сталинке — в «писательском» доме на ул. К. Маркса, или известном как МоноЛИТ. О чем спорили Иван Мележ и Иван Шамякин, а также какое секретное послание оставили новые хозяева, — в рубрике «Гений места. Прогулки по Минску с Ольгой Ропот».

Жизнь слов
Домами в стиле «сталинский ампир», с высокими потолками, лепным великолепным декором на фасадах, Виктория восхищалась всегда. Она всегда мечтала об арочных окнах, скрипучем паркете, каштане за окном и бабушке-соседке. Жизнь изменилась, когда она случайным образом попала в квартиру Народного писателя БССР, переводчика Янки Брыля.


А мечта осуществилась следующим образом. В 2021 году В. Клевко написала рассказ, родившийся из дневниковых записей. Распечатанное произведение отправила по почте своим подписчикам.
— Одна из девушек прислала ссылку на сторис, на закрытую продажу квартиры на ул. К. Маркса. Я написала риэлтору. Ее должны были купить в понедельник в 11.00, но мне все же удалось договориться на встречу на 10:30, — улыбнулась Виктория. — Взяла с собой мужа. На удивление, он согласился на эту авантюру.



Собеседница вспоминает, как не спеша рассматривала светлое пространство, прикасалась к толстым стенам, любовалась видом из окна — Купаловским театром и Александровским сквером с «зелеными старожилами».
— А потом хозяин произносит: «На этой кухне Янка Брыль с писателями-соседями любил проводить время…», — продолжила она. — Мне рассказали историю МоноЛИТа. В этой квартире жила дочь мастера слова — Наталья Семашкевич (Брыль) с мужем, преподавателем филфака БГУ, литературоведом Григорием Семашкевичем.

«Писательскую» квартиру молодая семья все же купила.
— В соцсетях разместила пост о ее ремонте. На просьбу откликнулись 30 человек! — улыбнулась Виктория. — Стену за этими деревянными панелями (показывает на стеллаж в главной комнате) мы исписали цитатами белорусских классиков — оставили послание будущим владельцам.

Новые хозяева сохранили розетку (декоративный элемент, размещенный в центре потолка для обрамления люстры — Прим. автора), окошко между ванной и кухней, планировку. В коридоре для увеличения пространства убрали одну несущую стенку. Ремонт длился два года.
Голоса классиков
Белорусская литература в прямом смысле всегда жила и звучала в «писательском» доме.
— Иван Мележ любил петь, — поделилась прочитанной информацией Виктория. — Его соседом по лестничной клетке был Иван Шамякин, которому тот часто говорил: «Калі табе мая оперная дзейнасць замінае працаваць, пайду пець у іншы пакой. За сцяной — паэт Міхась Клімковіч, яму, магчыма, гэта будзе для натхнення».

По звонкому голосу узнавали и Янку Брыля. По утрам, не спеша спускаясь с пятого этажа, он напевал. Соседи знали: Брыль идет на работу. А на первом этаже жил Янка Мавр, по инициативе которого построили МоноЛИТ. К детскому писателю часто заглядывали юные поклонники — весь двор гудел. Сегодня здесь уже не услышать детских голосов…
— На этом балкончике когда-то стоял Владимир Короткевич, — показала на соседний подъезд хозяйка квартиры. — Это третий адрес писателя, он заселился в дом в начале 1970-х вместе с мамой и женой.
Говорят, табуретки, которые автор «Дикой охоты короля Стаха» поставил на каждом лестничном пролете для любимой матери, до сих пор там находятся. Проверим?

— По воспоминаниям классиков, В. Короткевич обошел всех соседей з бутэлькай «каб выпіць за знаёмства». Однако на тот момент его уже все знали, — улыбнулась собеседница. Мастер слова часто сдавал подписанные книги в отдел букинистики магазина, что на первом этаже. Счастливчики приобретали издания с экслибрисом «Из библиотеки Короткевича».
Каждый автор считал, что именно у него самая большая домашняя библиотека. У В. Клевко она тоже есть, правда, еще небольшая, но не менее ценная — все книги, альбомы, посвящены Минску и белорусской культуре, искусству. Ко всему — писательница интересуется картинами и фотографиями отечественных авторов (в интерьере — работы Арлена Кашкуревича, Вадима Качана, Ольги Шкарубо, Михаила Дайлидова).
Сердце семьи
Я побывала не в одной парадной столицы, но подобного еще не видела: в подъезде на каждой лестничной площадке меня встречали белые керамические птички, замершие в танце.
Пичужки фигурируют в творчестве В. Клевко — они появляются как символы души, свободы и света в романе «Вырай». Поначалу это был рассказ на тему рода, ядром которого стала любимая бабушка Галина — с ней Виктория ощущала глубокую эмоциональную близость. В итоге произведение переросло в роман.
Два года назад В. Клевко победила в национальном литературном конкурсе LitUP, организованном Министерством информации. Книгу издали в «Мастацкай літаратуре».
Сейчас писательница над вторым произведением.

В квартире хранительница традиций «писательского» дома проводит встречи литературной гостиной «МоноЛИТ36». На них Виктория, приглашенные спикеры, в их числе — писатели, экскурсоводы, историки, рассказывают о людях, которые создавали и продолжают создавать белорусские литературу и искусство. В конце беседы она с гордостью произнесла:
— Радует, что эта квартира снова принадлежит мастеру слова. История знаменитого дома продолжается.
Фото Сергея Мицевича и из архива собеседницы
Читайте также:
- Загадочный витраж и потолки «до неба». Истории парадных Минска
- Путаница со Свентицкими, ковровая дорожка и комната для прислуги. Истории парадных Минска
- «Подъезд кавалеров», «Трактарагорад», и жюльен Шагала. Гуляем по Минску литературному
- Дом Чехова в Ялте становится музеем, а в Минске начинается строительство метро. Этот день в истории: 3 мая
- Основная часть его работ посвящена Минску. Побывали дома у столичного фотографа Вадима Качана























































