За рамками обыденного: субкультура и разноцветная молодежь

Дни короче, ночи длиннее. Да и в светлое время осенних суток по большей части всё видится в серых тонах. Может, поэтому, подспудно страхуясь от депрессии, глаз невольно ищет яркие краски? Даже в метро, когда люди становятся «пассажиропотоком», взгляд выхватывает тех, кто из него явно выбивается. И чаще всего не хотят «шагать в ногу» представители так называемых субкультур.

Субкультура (лат. sub – под и cultura – культура; подкультура) понятие (термин) в социологии, антропологии и культурологии – обозначающее часть культуры общества, которая отличается своим поведением от преобладающего большинства, а также социальные группы носителей этой культуры.

Такое определение дает всеведущая «Википедия». Первым понятие «субкультура» в 1950 г. вывел в своих исследованиях американский социолог Дэвид Рисмен. Пожалуй, с тех пор и не прекращаются попытки пересчитать, изучить и привести к хоть какому-нибудь мало-мальски общему знаменателю «непохожих» сограждан. За «сортировку» тех, кто решил жить за рамками общепринятого, берутся и школьники в своих рефератах, и маститые ученые-социологи. Основой классификации у одних становится общность интересов группы, другие принимают отправной точкой внешний вид и особенности в поведении «неформалов». Но все исследователи в итоге сходятся в одном. Эталонного каталога с доскональным учетом и описанием всех признаков и отличий субкультур нет. И, скорее всего, не будет. Слишком динамично меняется социум, говорят специалисты.

Так задумывалась и уже начиналась статья о современных молодежных субкультурах. А потом стройный ряд мыслей, исторических справок о развитии неформальных групп и нынешнего их состояния, сломала случайная встреча в метро.

Ярко-синие волосы, рюкзак, мешковатая одежда и книга Харуки Мураками в руках. Вот он, нетипичный представитель молодежи! Разговорились. Девушка представилась Алиной, но сразу предупредила: имя не нравится. Лучше Шэра. Учится на первом курсе педуниверситета им. М. Танка, на факультете эстетического воспитания. На вопрос, не предъявляют ли преподаватели претензий к внешнему виду будущих учителей, засмеялась: «Всё отлично! Я не одна там такая разноцветная. В Институте журналистики БГУ косых взглядов было больше. После первой сессии поняла, что не хочу заниматься литературной работой, и забрала документы. Родственники были в шоке». Увлечений у Шэры оказалось много: рисует, фотографирует, шьет, лепит шарнирных кукол, поет, играет на гитаре, любит читать. На вопрос, к какой из множества молодежных субкультур себя относит, удивляется: «С чего вы взяли? Я просто так живу и хочу выглядеть именно так. И вообще: нет никаких субкультур. Были и кончились». На объяснения времени не хватает: ей пора выходить. Договорились, что свою позицию девушка изложит письменно. И вот, после нескольких дней ожидания около двух часов ночи на мой электронный адрес приходит фото и текстовый документ. Приведу его полностью, сохраняя орфографию и пунктуацию автора.

иодмрлрс-1487[1]

«Все словно бы помешались на изучении современной молодежи, словно мы какой-то новый, доселе невиданный подвид медуз. Куда ни глянь – везде или с нездоровым интересом пытаются вникнуть в матчасть, или плюются демонстрируя отсутствие этого самого интереса, но неизменно загоняют в странные рамки, при этом не забывая отметить, что «неформалы, мол, против всяческих рамок и условий». Бесполезное занятие, скажу прямо. Новые течения появляются постоянно и столь же постоянно уходят в небытие, оставляя только легкую ностальгию в духе «верните мой 2007». Честно говоря, пытаясь припомнить хоть что-то из нынешних особо расплодившихся направлений, ловлю себя на вечном «а вот в мое время…» и припомнить могу разве что пастельных готов (устрашающе звучит, согласитесь) и, прости господи, хипстеров. А вот что они из себя представляют – это уже вопрос. В принципе и то, и другое, упирается в визуальный образ. Разве что хипстеры славятся еще своей неразделенной любовью к Британии, злоупотреблению английскими эквивалентами простых русских слов и «яблочной» технике. Даже как-то неловко от того, что потихоньку уподобляюсь брюзжащей старушке под подъездом, которая вдохновенно вещает о том, что она-то такой не была. Еще как была! Еще и не такой! Я, можно сказать, росла неформалом. В детстве моя неформальность и движение против общества выражалась в любви к чтению. Позже стало сказываться довольно свободное по мировззрению воспитание и музыка – а растили меня на классике русского и зарубежного рока, за что я родителям безумно благодарна до сих пор. Позже, лет в тринадцать, началось увлечение аниме, которое тогда было близко к своему пику в нашей стране, и оно как раз довершило, пожалуй, тот образ неформала, которым я являюсь сейчас. Никогда сознательно не причисляла себя ни к анимешникам, ни к эмо (а меня и им называли, и панком, и кем угодно), ни к кому-либо еще, хотя анимешная тусовка до сих пор является неотъемлемой частью моего, если можно так выразиться, культурного досуга. Причем среди анимешников можно встретить представителей самых разных культур и выделять их во что-то отдельное сложно. Есть, конечно, так называемые отаку – совершенно одержимые аниме и видеоиграми личности, но это скорее в Японии, у нас я настолько зацикленных не встречала. Да и в принципе понятие субкультур сейчас весьма размыто. Они смешались, превратились в этакий яркий веселенький «фарш» и перестали сторониться друг друга. Раньше доходило и до конфликтов, когда панки недолюбливали готов, готы недолюбливали всех, а все недолюбливали эмо. Это тоже было модно, наверное. Такая отчетливо дифференцированная система еще худо-бедно существовала лет пять назад, а сейчас границы размыты и люди стали мыслить несколько более многогранно, не циклясь на одном стиле одежды, музыки, мировоззрении и так далее, что когда-то порождало немало стереотипов и поводов высмеять тех или иных. Сейчас тот, кто действительно хочет выделиться, слушает только себя, а кому привычно идти за стадом – тот хипстер. Простите, накипело. Не люблю безликих людей. Вовсе не нужно непременно красить волосы взеленый и прокалывать все, куда дотянется игла, чтобы не стать безликой серой массой, достаточно просто чуть чаще прислушиваться к себе. Я, например, крашу волосы в синий просто потому, что люблю этот цвет, а синие волосы рассматриваю не как способ непременно выделиться из толпы, а как способ привести к гармонии внутреннее и внешнее. Мне просто идут мои волосы именно такими, и я не вижу разницы, красить их в черный, красный, рыжий или синий. Все одно – неестественный цвет. Синюю краску разве что до недавнего времени было достать чуть сложнее. При этом я никак не выделяюсь из толпы одеждой, у меня нет пирсинга и даже татуировок (хотя вот это как раз только пока). То же касается и имени. У всех неизменно возникают вопросы, когда я представляюсь как Шэра. И, разумеется, ну конечно же, все решают, что и здесь я выпендриваюсь и подчеркиваю, что не такая, как все. Да такая же. Просто мне недостаточно комфортно с тем именем, которое мне дали и я считаю, что уж что-что, а имя человек точно вправе выбрать себе сам и, опять же, привести его в соответствие с тем, как он себя ощущает. Меня такое имя успокаивает, делает чуть тише, плавнее. Оно шуршащее и теплое, ассоциируется с большим серым шерстяным пледом и камином, что особо актуально зимой. Я как бы заворачиваюсь в него, и между мной и миром образуется мягкая защитная прослойка непрошибаемого равнодушия относительно общественного мнения. Знакомые, кстати, привыкли довольно быстро и даже одногруппники в университете никогда не называют меня по паспортному имени с самого первого дня знакомства. Приятно, когда люди уважают такую свободу самовыражения, а не пытаются зачем-то докопаться до причин или – тем более – заставить подчиниться какой-то надуманной «норме», хотя моя ненормальность никому никакого дискомфорта не доставляет, в общем-то. Совершенно бессмысленная борьба, мне кажется. Да и не так страшен черт, как его малюют. Наверное, стоит просто вытащить бревна из собственных глаз и начать чуть проще относиться к тем, кто как-то отличается и жить станет проще и приятнее.»

Вот такое письмо. Помните, в 2008 году в прокат вышла российская картина «Стиляги»? Как раз об одноименном течении неформальной молодежи 1980-х. Помните реакцию главного героя, когда ему сообщили, что в Америке стиляг НЕТ? Примерно такие чувства накрыли и автора почти готовой статьи. Как «субкультур нет»? Может, украли? Надо звонить в милицию. Выясняю, что списки «опасных» и «безобидных» субкультур никто не составляет. Статистику правонарушений несовершеннолетних ведут без каких-либо ремарок относительно принадлежности подростка к той или иной неформальной группе. В общем, правоохранительные органы руководствуются принципом: личная свобода заканчивается там, где начинается свобода другого человека. Фразу приписывают юристу девятнадцатого века, но она до сих пор актуальна.

– Запрета, касающегося субкультуры как явления, в Беларуси нет, – подтвердил корреспонденту агентства «Минск-Новости» пресс-секретарь ГУВД Мингорисполкома Александр Ластовский. – Если действия граждан выходят за рамки общественного порядка и закона, то сотрудникам правоохранительных органов не важно, является человек представителем субкультуры или нет. Вообще о субкультурах мы можем говорить только на бытовом уровне, потому что на юридическом уровне их не существует.

y6EEQJmdxy0

ueK4KeWm_S0

OTGgepPAFvc

nF9UG9labWA

Не существуют. Поищем в школе. Разумеется, требования к одежде – а сегодня во всех учебных заведениях рекомендуется деловой стиль – одинаковы для всех. Их придерживаются и обладатели разноцветных волос, и поклонники того или иного направления музыки, и любители компьютерных игр, и адепты активного образа жизни. Перечисляю отличительные черты группы, которая подпадает под определение «субкультура» педагогу старой закалки с почти полувековым стажем.

– В таком случае и у учителей как социальной группы тоже своя субкультура, – делает вывод учитель высшей категории Раиса Пистунович. – Есть отличия и в поведении, и в стиле одежды. Есть свои, понятные в педколлективе, слова. Например, анекдот: напал на учителя грабитель. Сумку отобрал, серьги, колечко и часы потребовал. «Вот уж на мои «часы» не рассчитывай!» – отрезал педагог. Коллеги сразу понимают юмор. Остальным надо объяснять, что у учителей «часы» – количество уроков, отведенное на ту или иную дисциплину. У молодых людей формировать прежде всего нужно не внешние ценности, а внутренние, духовные. Ну и, конечно,  повышать ценность знаний.

Если разобраться, то таким образом подогнать под определение «субкультура» можно представителей едва ли не любой профессии. Социум изменился: свобода личности, выбора, мысли. То, что еще вчера воспринималось, как некий протест и вызов обществу, сегодня органично можно вписать в повседневную жизнь. Представители молодежных субкультур цивилизованно проводят свои фестивали и парады. В Минске принято решение о создании целого Парка субкультур.

– В среде многих молодежных движений – паркурщиков, стритболистов, велотриалистов, граффитистов и других культивируется здоровый образ жизни, занятия физической культурой и спортом, – рассказал первый секретарь Минской городской организации БРСМ Юрий Чечукевич. – В то же время в столице достаточно мало мест, где эти молодые люди могли бы заниматься любимым делом. С учетом пожеланий и нужд молодежи уже проработана концепция тренировочных площадок. В каждом районе определен список участков, где представляется возможным и удобным размещение Парка субкультур. На данный момент 4 варианта площадок находятся на согласовании в Комитете архитектуры и градостроительства Мингорисполкома.

mnwDjz4dL7Y

JNBKNyXqV64

Каждое новое поколение переоценку уже существующих в обществе ценностей считает едва ли не своим долгом. Миссией, если хотите. В одной из египетских гробниц был найден папирус, где некто сетовал, что молодежь стала носить странную одежду, петь другие гимны. И было это 2 тысячи лет назад! Получается, конфликт отцов и детей извечен? «Они не такие, как мы», – осуждает подрастающее поколение одна часть общества. «Они не такие, как мы!» – радуется по этому же поводу другая. А вот что думают о выделяющихся из толпы индивидуумах минчане.

Механизм возникновения конфликта поколений для специалистов давно не секрет. Наступает момент, когда 13–17-летний человек уже уверен в своей взрослости. Он убежден, что готов к самостоятельным решениям и вообще, «не надо указывать, что мне делать!». Между тем общество, и прежде всего родители, по-прежнему воспринимает его как ребенка-несмышленыша. С юношеским максимализмом подросток начинает доказывать зрелость своей личности. Как правило, объединившись в группу с единомышленниками. Сейчас подросток с легкостью находит их в Интернете. Там же в большинстве случаев и происходит общение. Выход на улицу с демонстрацией своей непохожести и яркости теряет актуальность. Может, поэтому границы между неформальными группами все больше размываются?

IoZwCXWmOxY

hMxB6LBsKAM

– Ребенка как подменили, – зачастую жалуются родители. – Был всегда таким домашним, послушным, ласковым… А сейчас посмотрите: волосы зеленые, висок выбрит, в ухе 33 сережки. Пропадает где-то с такими же «чудами», и слова ему не скажи!

«Без паники!», – советуют родителям психологи. В конце концов, всегда есть возможность обратиться за помощью к профессионалам. Это даже неплохо, если подросток не скрывает свое, отличное от общества, мировосприятие или принадлежность к тому или иному молодежному течению, рассказали в Городском клиническом детском психиатрическом диспансере. «Правильная» субкультура предполагает гибкость: меняются правила и устои, человек может открыто туда прийти и уйти. Но не все юношеские увлечения безопасны, предупреждают специалисты.

– Сегодня существует ряд деструктивных субкультур, которые в какой-то мере приближены к сектам, – пояснила детский психолог УЗ «Городской клинический детский психиатрический диспансер» Ольга Науменкова. – Молодежь в глубокой конспирации проводит какие-либо обряды, при этом организаторы группы изолируют их от семьи и друзей, потому что такими людьми проще манипулировать. Подростку внушают, что он никому не нужен, кроме этой общности. Естественно, ребенок, имеющий проблемы в семье и школе, рад, что его ценят, и готов исповедовать даже отрицательные нормы и принципы.

Если в семье воспитание ограничено схемой «здоров-сыт-одет-учится – все нормально», то у подростка мало шансов найти поддержку у родителей. Переживания периода взросления индивидуальны. Мы, взрослые, прекрасно знаем, что первая любовь закончится, что через неразделенное чувство проходят все, что даже после серьезной неудачи жизнь продолжается… Очень часто проблемы детей кажутся родителям преувеличенными и несерьезными. А подросток живет здесь и сейчас. Для него понятие «будущее» – нечто размытое и нереальное. Завтра и послезавтра неизвестно еще когда наступит, а сегодня – больно! Чувствуйте своих детей, советуют специалисты, будьте в курсе их интересов. И чаще говорите (а лучше – доказывайте на деле), что вы их любите. Любите такими, какие они есть.

Советы психологов родителям

Много общаться с ребенком. Принимать ребенка в любом проявлении, выслушивать его, интересоваться его увлечениями.

Приучать детей к ответственности. Учить самостоятельно принимать решения.

Перестать жаловаться на жизнь. Депрессия заразна. Радоваться вслух каждой мелочи.

dUCe2nIHFOo

87txSQ6_EpA

7k_Rl5Os7mM

 

Фото из архива Шэры и vk.com.

Перепечатка репортажа запрещена без письменного разрешения агентства «Минск-Новости».

 

 

Читайте нас в Google News

ТОП-3 О МИНСКЕ