Зачем Минску врачи общей практики, если в каждой поликлинике есть узкие специалисты

За рубежом врач общей практики (ВОП) — это семейный доктор. В столице — участковый терапевт, получивший базовые знания по кардиологии, офтальмологии, оториноларингологии, неврологии. То есть прошел дополнительное обучение в Белорусской медицинской академии последипломного образования (БелМАПО), как, например, Людмила Дряпко, которая работает в 21-й центральной районной поликлинике Заводского района. Чем участковые терапевты отличаются от врачей общей практики, выясняла корреспондент агентства «Минск-Новости».

— Людмила Аркадьевна, что изменилось в вашей работе?

— Если коротко, то немного увеличилось время, отведенное на прием одного пациента, с 12 до 15 минут. У ВОП — 16 талонов на четыре часа, еще один час отводится на прием тех, кто на больничном.

— Достаточно 15 минут на прием пациента?

— Это условное время. Принимаю всех, кто пришел. Работаю в паре с участковой медсестрой.

— Говорят, такой доктор работает в команде с медсестрой и фельдшером — помощником врача.

— Так должно быть. Но где взять специалистов? Медсестры есть, фельдшеров недостаточно. В августе к нам придет молодежь — выпускники медицинских колледжей. Создадим команды. Помощник врача будет выполнять рутинную работу: собирать анамнез, измерять внутриглазное давление, рост, вес, уровень артериального давления, продлевать рецепты хроническим больным. На прием пациента у доктора появится больше времени, он сможет уделить ему больше внимания.

Есть разница

— В сумке-укладке врача общей практики — различные инструменты. Вы ими пользуетесь?

— Конечно. Есть неврологический молоточек, портативный отоскоп и прочие медицинские инструменты для базового осмотра пациента, чтобы не гонять его лишний раз к узкому специалисту, который в принципе должен работать со сложными больными.

— Бабушки, дедушки — в поликлинике это основной контингент пациентов — улавливают разницу между участковым терапевтом и врачом общей практики?

— Провокационный вопрос. Скажу так: мои пациенты приходят ко мне, они знают меня 20 лет, доверяют мне.

— И смена таблички им не важна?

— В целом да, но они очень довольны, что могу, например, уши осмотреть, назначить лечение.

— Вместо невролога, окулиста…

— Верно, но у меня большой опыт работы. А молодежи, которая переучивается на ВОП или только приходит на первое место работы, нужна практика.

— В отношении врачей общей практики Минск долго сопротивлялся. Слышала от многих ваших коллег: такой доктор хорош для сельской местности, где нет узких специалистов. Пациент не понимает, зачем с неврологическими проблемами обращаться к ВОП, если есть невролог? Хотя к нему еще направление нужно взять.

— Минские поликлиники действительно хорошо укомплектованы узкими специалистами. С полным переходом на общеврачебную практику (в 2020 году всех участковых терапевтов заменят врачи общей практики. — Прим. авт.) они без работы не останутся: сложные пациенты — их прерогатива. Зато мы сможем их (узких специалистов) немного разгрузить.

— Вы ничего не перепутали? В Минске невролог принимает по направлению участкового терапевта или ВОП…

— …если в поликлинике не хватает специалистов такого профиля. В нашей достаточно. И пациенты сами берут к ним талоны, впрочем, как и к офтальмологу, ЛОРу. Направление выписываем только к эндокринологу.

 — Какой еще толк от ВОП в столице кроме получения пациентами базовых консультаций, осмотров?

— У нас шесть ВОП (Людмила Аркадьевна заведует кабинетом общеврачебной практики, до организации отделения не хватает еще пары докторов. — Прим. авт.). Оценивая эффективность нашей работы, я проанализировала количество вызовов скорой медицинской помощи пациентами, закрепленными за ВОП, за шесть месяцев 2019 года в сравнении с аналогичным периодом 2018-го. Снижение на 30 %!

— С чем связано?

— Наверное, доверия стало больше к этим врачам. Приходит на дом доктор с сумкой-укладкой ВОП. Его авторитет сразу повышается. Бабушки компетентность врача оценивают визуально: раз с чемоданчиком на визит явился, значит, серьезный, знающий. Медики скорой помощи с похожими сумками-укладками приезжают, и пожилые им очень доверяют. В то же время чаще всего бабушки, вызывающие врача на дом, больше нуждаются во внимании.

— Преувеличиваете.

Вовсе нет. Помню, день сумасшедший у меня был, огромное количество визитов на дом. Иду на последний. Еле живая. Поднимаюсь на пятый этаж, звоню в дверь, никто не открывает. Минут 10 простояла, слышу: за дверью кто-то шаркает. Наконец дверь открывается и еле слышно: «Входите». Только зашла, как бабушка падает на диван: «Умираю!» Я забыла про усталость. Хватаю тонометр, меряю давление, успокаиваю ее. А пациентка стонет. У меня уже руки трясутся. На приборе 130/80 мм ртутного столба, пульс в норме. Что же такое происходит с бедной бабулей? Тем временем открывается входная дверь, заходит мужчина с авоськами. От увиденной картины роняет их: «Мамочка, родненькая, что случилось?» И минуты не прошло, как «умирающая» пациентка поднимается и как ни в чем не бывало говорит: «Не переживай, сынок, ко мне докторка пришла. Мне уже есть с кем поговорить. А ты иди, отдохни, устал, небось, на своей работе».

— Поговорили с бабушкой?

— Куда ж я денусь, такова специфика нашей работы. Одиноко ей, внимания не хватает. Да и не одна она такая, к сожалению.

— Участковый доктор — от слова «участие»

— Без этого никак. Но важно границы соблюсти: если совсем с пациентами мягко, они на голову садятся. Нужна золотая середина. Лично я так только говорю, а сердце на замок не закрываю. Безумно жаль одиноких стариков…

 Разложить по полочкам

— У вас на участке не только пожилые. Тех, кто помоложе, не жаль?

— Больные люди, независимо от возраста, нуждаются в сочувствии, добром слове. Человек захворал, стал более уязвимым. Просто так к врачу не приходят. Понимаю это и принимаю в поликлинике всех пациентов, даже если время вышло. Порой по телефону консультирую. Муж ругает, что я 24 часа в сутки на работе. По-другому не получается.

— Повезло вашим пациентам. Некоторые врачи элементарное — как лекарства принимать — объяснить толком не могут. Спешат.

— Представьте, доктор не утруждает себя объяснениями и выпаливает бабуле скороговоркой: «Это лекарство принимайте от повышенного давления, это — от суставов…» И на этом всё. Что делает бабушка, которая поняла одно — разговор окончен? Берет рецепт и выбрасывает его в ближайшую урну. А если ей по полочкам всё разложить, прислушается к словам доктора, будет лечиться.

Фото Сергея Пожоги и из Интернета

Читайте нас в Google News

ТОП-3 О МИНСКЕ