Занял позицию за полевой кухней и положил всю диверсионную группу немцев. Как возница оказался снайпером
- Подписаться на
Во время войны случалось всякое. О том, как возница оказался ликвидатором, а преступление пилотов пошло на пользу, читайте в материале корреспондента агентства «Минск-Новости».
Макарович
Тот, кто читает литературу о Великой Отечественной, скорее всего, знает эту историю. Не секрет, что добровольцами на фронт шли люди разного возраста. Кого-то разворачивала медкомиссия. Но в хаосе первых месяцев войны многие самовыдвиженцы оказывались на передовой без всяких врачебных осмотров. Наверняка таким образом туда прибыл и Макарович из села Верещагино Туруханского района, где кругом тайга — мрачная, заболоченная и труднопроходимая. Откуда там взяться врачам! Да и вообще неясно, как 68-летний дед из глубинки узнал, что война началась, и добрался до военкома. По документам он нигде не служил, не имел военного опыта. Поэтому командир не нашел пожилому бойцу лучшего применения, чем назначить его возницей на полевой кухне. Человек из деревни — с лошадью справится. Как бойцу Красной армии Макаровичу выдали винтовку Мосина. С ней он ежедневно ходил через лес. Маршрут всегда был один и тот же: полковая кухня, штаб, передовая. На весь путь уходило не более двух часов. Случалось, конечно, что задерживался из-за распутицы, но в целом старался доставлять пищу вовремя, не оставлять солдат голодными.
Однажды, побывав в штабе, он направился привычным путем, но словно сгинул в лесу. Прошло три или четыре часа, а Макарович не появлялся. О старике забеспокоились. Командир направил трех бойцов по его маршруту. Пройдя по чаще несколько километров, солдаты увидели такую картину: сидит дед на простреленной полевой кухне, курит и охает от того, что через пулевые отверстия в ней выливается суп прямо в дорожную жижу. А вокруг — семь трупов фашистов в маскировочных халатах. Явно диверсионная группа.
Выяснилось: Макарович увидел гитлеровцев издали, занял позицию за полевой кухней и всех положил. В штабе он пояснил: несмотря на отсутствие военного опыта, он из семьи потомственных охотников, с детства мог белке в глаз попасть. Поэтому по части прицельной стрельбы умений ему не занимать. Макаровича, конечно, наградили, перевели в снайперскую роту. Войну он завершил в Праге после ранения. Выжил. Вернулся в Верещагино и рассказывал внукам о своих подвигах.
Стратегическая ошибка
Однажды под Смоленском командир летного звена Серегин получил задание отбомбиться по плацдарму, занятому фашистами. До него из этого квадрата не вернулось несколько групп самолетов.
Когда пилоты приблизились к месту предполагаемого бомбометания, увидели, что орудия ПВО противника работают в усиленном режиме. Стало ясно: вести самолеты под такой кучный огонь — стратегическая ошибка, их уничтожат в небе.
Не желая посылать товарищей на верную смерть, Серегин приказал изменить курс. Воздушные машины развернулись, бомбы сбросили на соседний лес — почти в никуда. Конечно, это преступление, но пилоты звена понимали: командир спасал их жизни. Все готовы погибнуть в бою, однако умирать напрасно не было смысла.
По возвращении в эскадрилью доложили: бомбометание на заданный квадрат произвели без потерь. Ведь никто не мог проверить, где на самом деле упали боеприпасы, сброшенные с самолетов.
Наутро в эскадрилью пришла хорошая новость. Оказалось, что рядом с заданным плацдармом находился лес, в котором был замаскирован немецкий штаб. Вчера вечером кто-то полностью разнес его с воздуха! Серегин понял: это результат произвольного сброса снарядов его звеном. Но доложить об этом по понятным причинам не мог. Долго искали и хотели наградить тех, кто нанес урон противнику, да так и не нашли. Серегин же еще больше сбил с толку командование, уверенно предположив, что взрыв немецкого штаба — дело рук партизан.
Свела судьба
Канонерская лодка капитана 3-го ранга Василия Седова осенью 1942 года на Балтике попала под обстрел немецкого линкора. Сохранивший плавучесть корабль начал уходить, а линкор стал его преследовать. Тогда Седов принял непростое решение: направил судно в усеянный минами сектор, прикрывая свой борт дымами. Немцы, отставшие на пару сотен кабельтовых, остались ждать, полагая, что, когда дымы рассеются, они добьют советский корабль либо он сам подорвется на мине.
Василий понимал: единственный выход — нырять и разгребать мины руками. Но кто это сделает? Температура воды в октябрьской Балтике не выше +5 °C. Часть экипажа ранена. Боцман преклонного возраста. Из подходящих кандидатур оставались только сам капитан и механик. Они ныряли по очереди, одной рукой расталкивали мины, а другой держались за веревочную лестницу, прикрепленную к лееру. Сменялись через пять минут, грелись и вновь ныряли. Боцман продолжал дымить шашками. Так, на самом малом ходу, удалось обойти минный сектор и добраться до Кронштадта.
Седова представили к званию Героя Советского Союза, а механика — к ордену Красной Звезды. Оба с тяжелейшим переохлаждением оказались в госпитале. Там служил интендантом общительный мужичок, подполковник, ленинградец, как и Седов. На второй неделе лечения земляки выпивали спирт в каптерке у интенданта, вспоминая довоенные времена. Вдруг новый задушевный знакомый предложил Седову по возвращении на корабль заработать: мол, с матросов не убудет, если слегка подрезать паек каждого. А у него в блокадном Ленинграде есть сбыт, связи. Сейчас, дескать, там за продукты можно получать жменями золотые, драгоценные украшения. Торгуя матросскими пайками, обогатишься… От этих слов капитан, вся семья которого погибла в первую блокадную зиму, побагровел, встал со стула и ударом кулака сломал подполковнику челюсть. Интендант заверещал, поднял скандал. Нападение на старшего по званию! Дошло до трибунала, на котором Василий промолчал о сделанном ему предложении. Язык не повернулся такое озвучить. Да и могли обвинить бог знает в чем. Интендант никогда не признался бы в том, что хотел сбывать пайки матросов голодающим блокадникам. А свидетелей не было. Естественно, звезду Героя Седову не дали, лишили офицерского звания. В штрафной роте он защищал город на Невском пятачке. Вину, как тогда говорили, смыл кровью. Позже его вернули на флот в звании матроса. Став старшиной 2-й статьи, он внимательно следил за матросскими пайками. Войну завершил в Калининграде.
Еще материалы рубрики:
Летающие избы, «Извините, ошибся окопом» и пчелы против фашистов: курьезы Второй мировой
Сбил 9 самолетов за один бой. Какие подвиги летчики-асы совершали во время войны
Не в кино, а в реальности. Как обезоруженная советская субмарина уничтожила немецкий корабль
Затвор передергивал по-снайперски. Как в 1943 году одноглазый старик провел мастер-класс с бойцами
Шарахнули по колонне. Как одна «катюша» остановила наступление немцев на Сталинград
Смотрите также:
