ЗДРАВСТВУЙТЕ, ДОКТОР. Почему хирургу лучше не переедать и под какую музыку лучше оперировать?

Агентство «Минск-Новости» продолжает совместный проект с Белорусским государственным медицинским университетом и комитетом по здравоохранению Мингорисполкома. Герои публикаций – молодые врачи с собственным мнением о том, что происходит сегодня в медицине.

ВИЗИТНАЯ КАРТОЧКА

Андрей Макарин-Кибак

Возраст: 26 лет.

Образование: Белорусский государственный медицинский университет. Год окончания – 2012-й, лечебный факультет. Интернатуру проходил в РНПЦ оториноларингологии, РНПЦ онкологии и медицинской радиологии им. Н.Н. Александрова.

Место работы: РНПЦ оториноларингологии.

Должность: врач-оториноларинголог.

О пути в профессию

Школу окончил с золотой медалью, физико-математический класс. Химико-биологического направления у нас не было, поэтому эти предметы, необходимые для поступления в медицинский университет, изучал самостоятельно. Впрочем, математика и физика развивают логическое мышление, что, безусловно, помогает в усвоении других наук. Говорят, в медицине особо не разбогатеешь. Но тот, кто идет во врачебную специальность и у кого родители-медики, никогда не ставит материальную составляющую на первое место. Увлекают сама профессия и возможность помогать людям. Для меня, как оперирующего доктора, это еще и адреналин.

В семье все медики. Мама – врач-оториноларинголог, что, собственно, и повлияло на мой выбор, отец – анестезиолог-реаниматолог. Почему не пошел по его стопам? Невероятно сложная и всеобъемлющая специальность, я это еще в детстве понял, когда отец брал меня с собой на работу. Кстати, далеко не все, кто на моем потоке выбрал анестезиологию и реаниматологию, осознавали, что их ждет впереди.

Оториноларингология – более узкое направление. Ювелирная, тонкая работа. В операционной работаем с помощью микроскопов, эндоскопов, навигаторов. Движения должны быть очень точными, уверенными. Небольшое отступление: микроскоп можно настроить под любое зрение, но при длительных операциях глаза очень устают. В медуниверситете остановился на субординатуре по хирургии и, начиная с третьего курса, ходил в операционные, где учился правильно делать разрезы, накладывать красивые швы… Со временем, в интернатуре, стал ассистировать хирургам, наблюдал, как выполняют высокотехнологичные операции. И так, шаг за шагом, овладевал мастерством, в чем помогал замечательный наставник –Николай Иванович Гребень, заместитель директора по клинической работе РНПЦ оториноларингологии. В свое время он был учеником моей мамы.

О роли информационных технологий

Будущее медицины связано с развитием информационных технологий. Появляются технологические новинки, благодаря которым врачи обнаруживают заболевание на более ранних стадиях, лучше лечат и осуществляют наблюдение за пациентом после операции. Не надо далеко ходить, в наш центр поступил аппарат для диагностики нарушения носового дыхания. Сегодня такое оборудование есть только в Грузии, Польше и Германии, где его, собственно, и производят. Аппарат высшего класса. С его помощью выполняют риноманометрию – исследование, позволяющее измерить внутриносовое давление и оценить воздушный поток в носу. Процедура не требует специальной подготовки. Пациент надевает маску и по сигналу врача начинает равномерно дышать, чередуя вдох и выдох. Умная техника определяет, какой объем воздуха проходит через каждую половинку носа за единицу времени. На мониторе высвечивается графическое изображение. Так врачи выясняют, почему у пациентов не дышит нос. В одних случаях это связано с искривлением носовой перегородки, в других – с аденоидами… Также с помощью нового метода контролируют эффективность лечения в послеоперационном периоде. Технически мы очень хорошо оснащены, идем в ногу со временем, осваиваем новые технологии, оказываем помощь на самом высоком уровне. Хирург должен постоянно идти вперед, совершенствоваться, иначе он станет просто роботом, который технически научился выполнять одну и ту же операцию. Мне это напоминает конвейер. Для того и существует наука, чтобы этот конвейер немного видоизменять, применять новые виды операций, сокращать время их проведения.

О восстановлении сил и легком голоде

Оперирую ежедневно, к каждой операции готовлюсь. В нашем центре есть такая возможность: заранее знаем, какого пациента и с каким заболеванием будем лечить. Буквально за несколько минут до вашего прихода у меня закончилась одна полуторачасовая операция, предстоят еще две. В перерыве для восстановления сил желательно перекусить. Но только перекусить, а не основательно поесть: у сытого человека кровь приливает к желудку, а к головному мозгу ее приток уменьшается. И потому хирург должен оперировать с ощущением легкого голода.

О музыкальном сопровождении

Предпочитаю работать под спокойные мелодии. Так комфортнее. Мне ближе транс – это такое направление электронной музыки, расслабляющее, без громких звуков, которые отвлекают. В операционной включаем и классическую музыку. Кстати, музыкальные предпочтение у хирургов порой весьма неожиданные. У каждого своя «фишка». Помню, ассистировал врачу из Германии на пластической операции по выравниванию носа… под тяжелый рок в исполнении группы АС/DС. Благо операционные там индивидуальные, и доктор-меломан никому не мешал. В наших условиях это нереально: в операционном зале – два хирургических стола. Рядом работают коллеги. Кроме того, большинство операций проводят под местной анестезией: пациент все слышит, и не всякому придется по душе тяжелый рок.

О руках хирурга

Это его инструмент, который надо беречь от травм. На учебе в Германии познакомился с одним очень интересным человеком – профессором Шиманским, который выбрал для себя узкий круг операций и делает их лучше всех в стране. Профессор не раз говорил, что хирург просто обязан следить за своими руками. С возрастом (ему около семидесяти) у него появился тремор – непроизвольное дрожание рук, и он, понимая ответственность перед пациентами, передал свое дело дочери, которой иногда ассистирует. Я же перед утренними операциями стараюсь с вечера не нагружать себя физически, не употреблять алкоголь.

О переводах и айкидо

Владею тремя иностранными языками: английским, немецким, польским. В оригинале читаю зарубежные статьи по передовым технологиям в мировой медицине, узнаю о новейших операциях, которые в Беларуси пока не делают. Словом, расширяю кругозор. Почти четыре года занимаюсь переводами. И раньше на это время находил, и сейчас нахожу. Постоянно практикуюсь, чтобы не забыть язык. Начинал с медицинских статей, потом переводил публикации по разным темам, вплоть до укладки нефтепровода по дну Балтийского моря. Было сложно, но разобрался. Теперь знаю многое про виды барж, водолазов… Правда, не уверен, что это пригодится в жизни. Мне очень нравится айкидо, раньше занимался, но из-за травмы руки пока оставил. Айкидо – японское боевое искусство, своя философия, единение души и тела. Оно учит не причинять вред. Для представителей нашей профессии это очень актуально.

Об отдыхе

Кино люблю. И на большом, и на малом экране. Зависит от настроения. После тяжелой работы хочется пойти на что-то зрелищное – расслабиться. Иногда хожу на фильмы с Одри Хепберн – одной из самых ярких звезд золотого века Голливуда. Жаль, не хватает времени на посещение кинофестивалей, обычно на эти дни выпадают дежурства. Нравится путешествовать, особых предпочтений нет – манят и море, и горы, и города. Но что удивительно: чем чаще выезжаю за рубеж, тем лучше понимаю, как красив и уютен Минск. Всегда хочу вернуться на родину.

Еще статьи рубрики:

ЗДРАВСТВУЙТЕ, ДОКТОР. Почему врачи уходят из профессии?

ЗДРАВСТВУЙТЕ, ДОКТОР! Что может осчастливить хирурга?

ЗДРАВСТВУЙТЕ, ДОКТОР. Как молодому специалисту выйти на международный уровень

ЗДРАВСТВУЙТЕ, ДОКТОР. Чему не учат в медицинском университете

ЗДРАВСТВУЙТЕ, ДОКТОР. О конфликтах с пациентами и лечении по старинке

Самое читаемое