«Женщины вплоть до ситуации, опасной для жизни, терпят, ждут». Поговорили с психологом о домашнем насилии

Почему жертвы семейного насилия терпят до последнего и где искать спасение от домашнего агрессора, выясняла корреспондент агентства «Минск-Новости».

Зеркало семьи

Общественное объединение «Радислава» появилось в Минске в 2002 году. Создали его женщины, пострадавшие от насилия, для оказания помощи попавшим в такую же беду.

В год на нашу горячую линию поступает около 300 первичных звонков, потом специалисты работают с женщинами, поддерживая и консультируя их лично по телефону, — рассказывает психолог объединения Наталия Ященко.  Среди обратившихся есть и пенсионерки, взрослые сыновья которых срываются на матерей, отбирают у них деньги, а то и вовсе пытаются выжить из дому. Но самый большой пласт — женщины 20–40 лет, состоящие в браке, воспитывающие детей и страдающие от агрессии мужей. В обществе сформировался стереотип: мол, такое происходит в асоциальных семьях. Поэтому многие и не обращаются за помощью, хотя действительно страдают. Нередко это дамы с приличным достатком, высшим образованием, хорошей должностью. Им кажется, что надо просто немного потерпеть, что-то в себе изменить, а не выносить сор из избы.

Собеседница отмечает, что физическое насилие увидеть проще, хотя и его можно скрыть. В ее копилке немало историй, когда супруг находил способы бить так, чтобы на теле жены не оставалось синяков. И попробуй докажи тому же участковому, что тебя истязали… С психологическим насилием еще сложнее — каких-то внешних следов оно не оставляет. Нередко жертве приходится слышать упреки от близких и знакомых: мол, почему столько лет терпела, где были твои глаза, когда выходила замуж? В результате вместо поддержки женщина получает очередной словесный пинок…

Насилие обычно не проявляется во время романтического периода отношений и в первые годы совместного быта, — поясняет психолог. — Часто абьюзер пускает в ход все свое обаяние, чтобы сблизиться с другим человеком и сделать его зависимым от себя. По моим наблюдениям, людей с психопатическим складом, которые намеренно и продуманно уничтожают свою жертву, не так уж и много. Как правило, остальные агрессоры используют жесткие методы, чтобы добиться какой-то цели, например построить правильную в их понимании семью. Обычно они и сами не видели в детстве другой модели отношений. 99 % женщин, с которыми я общалась на горячей линии, говорили, что и их мужчины, и они сами жили в таких семьях, где к матери применялось насилие. И для них это стало нормой.

Терапия для агрессора

Сегодня в СМИ, социальных сетях активно обсуждается необходимость принятия в Беларуси закона о домашнем насилии. В настоящее время рычагов воздействия на абьюзеров недостаточно. Аналогичные законы действуют во многих государствах. В Швеции, Великобритании, США и ряде других стран уже несколько десятилетий реализуются программы по работе с мужчинами, использующими насилие в семейных отношениях. В Польше, например, у абьюзера есть выбор — сесть в тюрьму либо пройти такой коррекционный курс.

«Радислава» принципиально не работает с агрессорами. Это психологически сложно для сотрудников, ведь мы помогаем пострадавшим женщинам, узнаем их трагические истории, — поясняет Наталия.  В Минском городском центре социального обслуживания семьи и детей реализуется проект по психологической коррекции поведения домашних насильников. Ведет его психолог Роман Крючков. Однако абьюзеры редко добровольно обращаются за помощью, ведь они не видят свою ответственность в отношениях. Иногда бывает, что мужчина пытается меняться после того, как жена уходит из дома. Но зачастую он действует обманным путем: «Я изменюсь, только вернись». И кошмар повторяется.

Собеседница отмечает: отношение общества к проблеме семейного насилия меняется, хотя и гораздо медленнее, чем хотелось бы. Женщины перестают стесняться говорить о том, что происходит у них дома. Перестают думать о том, что ответственность за отношения лежит только на них.

Есть такая поговорка: муж — голова, жена — шея, — продолжает психолог.  И у женщин создается впечатление, что они полностью ответственны за поведение мужчин. Мол, это я не так себя веду и этим провоцируют супруга на агрессию. И до последнего, вплоть до ситуации, опасной для жизни, терпят, ждут, пытаются что-то менять в себе. Но это не помогает, потому что это ответственность мужа — искать другие способы выражения своих эмоций, чувств, выстраивать семейные отношения, основанные на взаимном уважении и доверии.

Приют надежды

При «Радиславе» вот уже 18 лет действует убежище для жертв домашнего насилия. Здесь они могут скрыться от агрессора, получить поддержку психологов, юристов и соцработников, помощь в трудоустройстве.

Стараемся обеспечить секретность убежища. Ведь абьюзеры часто не оставляют жен в покое, пытаются их разыскать и заставить вернуться. Подписываем со всеми, кто находится здесь, соглашение о неразглашении информации, — поясняет Н. Ященко.  Кто-то остается на сутки, кто-то — на год. В среднем уходит несколько месяцев на то, чтобы женщина могла выйти из травмирующей ситуации, набраться сил и начать самостоятельную жизнь. Важно, чтобы она сама хотела изменить ситуацию. Убежище не гостиница, где можно переночевать, а потом вернуться к мужу и продолжать жить по прежнему сценарию.

Надежда* оказалась здесь вместе с маленькими сыновьями.

Вначале у них с будущим мужем были романтические отношения. Через несколько месяцев он сделал предложение. Поженились, купили квартиру в кредит. Родились дети. Надя много работала, даже находясь в декрете. Именно она платила по кредиту. А супруг с каждым днем становился все более недовольным. Придирался к мелочам, распускал руки. Несколько раз душил.

Она терпела. Останавливало то, что у них общая квартира: куда его выселишь, куда идти самой с детьми? Затем мужчина стал применять психологическое насилие к сыновьям. Даже отнял игрушки, которые сам покупал. Последней каплей стал случай, когда отец ударил малышей по голове, потому что те капризничали перед выходом на улицу. Надежда позвонила на горячую линию «Радиславы». Ее поддержали и предложили переехать с мальчиками в убежище. Постепенно жизнь стала налаживаться. Женщина подала на развод и алименты. Получила на курсах новую специальность, устроилась на работу. Мечтает поступить в вуз. Дети посещают садик. Квартирный вопрос, к сожалению, пока решить не удалось. Но Надя стала увереннее в себе, у нее много планов. А раньше были мысли о самоубийстве…

Протянуть руку

Психолог назвала несколько признаков, по которым близкие могут догадаться, что в семье женщины происходит домашнее насилие. Один из них — сведение к минимуму или отсутствие социальных контактов у жертвы. Во время встречи с подругами она чего-то боится, спешит, часто смотрит на телефон. Нередко агрессор вынуждает жену (в том числе угрозами) ничего не говорить родственникам или подругам: мол, это наши отношения, никто не должен в них смешиваться, а будешь слушать своих разведенных приятельниц — тоже разрушишь семью.

Если ваша знакомая стала странно одеваться — в жару носит закрытое платье с длинными рукавами, на шее — платок, а на лице — толстый слой косметики, возможно, она скрывает следы физического насилия. Еще один тревожный звоночек — женщина постоянно находится в подавленном состоянии, у нее потухшие глаза, скованные движения.

Предлагая помощь, важно не испугать жертву насилия. Она может испытывать стыд, вину, бояться огласки, того, что узнает муж и ситуация в доме станет еще невыносимее. Нужно показать: вы на ее стороне, успокоить, мол, я вижу, что тебе плохо, но не буду вынуждать рассказывать о том, что случилось. Если моя помощь понадобится, то я всегда тебя выслушаю и попытаюсь помочь. Главное, потом сдержать свое слово. Не упрекать женщину, не давать советов, просто выслушать, дать ей почувствовать, что она не одна со своей бедой, что на вас можно опереться.

Не замыкайте свой мир вокруг одного человека, советует Н. Ященко. Не бойтесь уйти от абьюзера и начать новую жизнь. Без страха и боли.

*Имя изменено

Справочно

Общенациональная горячая линия для пострадавших от домашнего насилия — (8 801) 100-8-801. Ежедневно с 8:00 до 20:00 без выходных и праздничных дней.

Телефон экстренной помощи для размещения в убежище для женщин и их детей, пострадавших от насилия, — (8 029) 610-83-55 (круглосуточно).

Читайте нас в Google News

ТОП-3 О МИНСКЕ