Жертв приношение. Почему пострадавшие от домашнего насилия возвращаются к своему мучителю

Как выглядит кризисная комната для жертв домашнего насилия и кто ищет там спокойствия, уходя от агрессии близких, выясняла корреспондент агентства «Минск-Новости».

Кризисная комната находится в Ленинском районе, но территориальность в данном случае не играет роли — двери открыты для всех жителей Минска.

…Бабушка 70–75 лет. Глухонемая. Дочь умерла, внучку на воспитание ей не отдали, а забрали в приют. Бабуля навещала кровиночку, заботилась по силам и средствам. Внученька выросла и пришла жить к старушке. Но не одна. Еще в детском доме нашла себе кавалера вдвое старше — уголовника, рецидивиста, алкаша. Парочка пила. Здоровый бугай регулярно избивал пожилую женщину, угрожал. В кризисную комнату ее доставили сами силовики. Пенсионерка прожила здесь больше двух месяцев.

…Женщина одна вырастила двоих сыновей. Старший, по ее уточнению, «плохой, агрессивный», младший — «хороший, но его подбивает брат». Оба накачивают себя спиртным, а потом бросаются с кулаками на мать, оскорбляют. 60-летняя пенсионерка собрала вещи и переехала в кризисную комнату. А через некоторое время стала ездить домой проверять, как там ее сыновья поживают, не голодные ли. Готовила своим мальчикам покушать. Спустя несколько дней выселилась и позвонила психологу на мобильный… пьяная.

…Жил здесь и дедушка. Это единственный случай, когда заселение было экстренным, среди ночи. Пожилой человек утверждал милиционерам на вокзале, что жена с сыном его избивают, унижают. А позже выяснилось, что дедушка — никакая не жертва домашнего насилия, а наоборот, сам частенько выступает агрессором. Ночной уход из дома можно назвать попыткой влияния, давления на близких.

…Парень. Сирота. Убежал из дома по причине того, что его колотит родной дядя.

…Женщина 37 лет. Заселялась не одна, а с детьми 12 и 16 лет. Супруг много лет психологически прессинговал жену, в последнее время пустил в ход кулаки. Мать двоих детей на примирение не пошла: развелась с мужем и разделила лицевые счета. Живут в одной квартире.

На данный момент в кризисной комнате никого нет. Последнее выселение было 9 ноября: мама с малолетним ребенком прожила здесь два дня — поссорилась с сестрой. В целом в нынешнем году с такой просьбой обратились 6 человек, и то одна женщина впоследствии передумала.

В городском банке данных, который ведется с целью профилактики домашнего насилия, за январь — октябрь 2017 года зарегистрированы 6 066 случаев семейно-бытовых конфликтов. Что же получается? Жертвы все-таки есть, а вот за помощью они почему-то бежать не спешат. Возможно, кого-то смущает тот факт, что при заселении в кризисную комнату нужно предъявлять документы. Но есть и другая причина: слишком мы жалостливые к своим обидчикам. Быстро отходим, всё прощаем, даже то, что простить нельзя. Стерпится — слюбится, бьет — значит любит, милые дерутся — только тешатся, хочешь жить душа в душу — тряси жену, как грушу… Все эти присказки — наше «богатство», трепетно передаваемое из поколения в поколение.

Портрет классической жертвы домашнего насилия — женщина среднего материального достатка, обычно не имеющая своего жилья, либо всё имущество, в том числе недвижимое, поделено пополам с мужем, — рассказывает психолог Территориального центра социального обслуживания населения Ленинского района Леонид Прокопович, работающий с жильцами кризисной комнаты. — От рукоприкладства или оскорблений она страдает не в первый раз, унижение длится годами. В редких случаях решается выразить протест и уйти из дома. Однако потом, как правило, многие возвращаются к своему истязателю, мирятся.

Он привел в пример показательный случай. Женщина терпит истязания мужа 17 лет. Раз в месяц звонит специалистам и жалуется, что ее избивает супруг. В последнее время она стала отмечать, мол, домашний агрессор и вовсе сорвался с цепи. Ей настойчиво рекомендуют обращаться в правоохранительные органы, дают телефон участкового. Посоветовали ехать в медучреждение снимать побои. Продиктовали номера всех служб, куда можно обращаться за помощью жертвам насилия, в том числе указали на кризисную комнату Ленинского района. Через неделю дама снова звонит и рассказывает про свое изуродованное лицо… «В милицию? Нет, не обращалась»…

Кризисная комната была создана в мае 2014-го для временного приюта жертв насилия. У потерпевших есть возможность привести разбросанные мысли в порядок, уладить юридические вопросы. В одних тапках и ночнушке сюда никто не прибегает.

Заглядываем туда. По сути, добротная «трешка» с обстановкой. В каждой комнате — по большому настенному ЖК-телевизору, компьютеру, дивану, ковру.

Про игрушки тоже не забыли, даже корзину для плюшевых зайцев и медведей поставили.

В прихожей — шкаф-купе, где прячется пылесос, гладильная доска.

Кухня маленькая, но нашлось место и микроволновке, и посудомоечной машине.

Жильцы убирают за собой, стирают, покупают продукты за свои деньги, готовят. Каждому выдают ключи. Казалось бы, живи спокойно. Однако как это сделать с растерзанной-то душой?

При заселении в кризисную комнату жертва насилия подписывает информированное согласие о передаче сведений в территориальный центр по месту ее жительства, — вводит в курс дела Леонид Прокопович. — Далее делается запрос на собрание районного межведомственного совета. Представители милиции, администрации района, ТЦСОН, сфер медицины и образования рассматривают конфликтную ситуацию, выясняют, действительно ли человек является жертвой домашнего насилия, рекомендуют, сколько следует проживать в кризисной комнате. На совете также выносятся поручения. К примеру, сотрудники правоохранительных органов посещают агрессоров на дому, проводят беседы, общаются с соседями.

Пребывание в кризисной комнате бесплатное. Минимум здесь жили 2 дня, максимум — 89. Решение о заселении принимает директор ТЦСОН. Случаев отказа не было.

По протоколу межведомственного взаимодействия человек признается жертвой насилия либо по объективным причинам, когда установлен факт агрессии в отношении него, либо считающий себя таковым, — уточняет психолог.

Характерный признак тех, кто сюда заселяется, — замалчивание всех обстоятельств ссоры, — продолжает собеседник. — Жильцы избегают говорить полную правду, утаивают свою роль в конфликте. Часто не могут объяснить, почему долгие годы терпят насилие. Стыдно? Может. Я не знаю. Самый лучший эксперт своей жизни — сам человек. Одни боятся публичного порицания, а для других выкручивание рук — неотъемлемая часть отношений, до боли знакомая с детства. Помню, одна женщина утверждала, что ее родители жили дружно, а папа был замечательный — жесткий. Порой скандалил, поднимал руку на маму, оскорблял, кричал. Но домашнего насилия в семье не было, подчеркивала дама.

— Нападающая сторона, как правило, сильный пол?

— Да. Но представительницы прекрасной половины человечества тоже иногда довольно целенаправленно доводят мужчин до срыва. Реальная ситуация: супруг пришел пьяным, закрылся в комнате, никого не трогает. Жена побежала к нему скандалить, тот ударил. Вопрос: зачем к выпившему подходить? Женщина спровоцировала мужчину. При этом я не веду статистику, когда супруга побудила спутника распустить руки, а когда нет. Это абсолютно неважно по одной простой причине: независимо от того, провоцирует дама либо нет, ответственность за решение применить физическое насилие лежит на исполнителе. Как бы отвратительно женщина себя ни вела. Мужчина может уйти, закрыться, наконец вызвать милицию, если, по его мнению, супруга терроризирует. Вариантов много.

— С детьми в кризисную комнату часто заселяются?

В этом году дважды. Несовершеннолетние быстро здесь осваиваются. Через день-два веселеют, смотрят фильмы. Не было никаких энурезов, булимии… Разве что помню 16-летнего подростка, мать которого спасалась от мужа-агрессора. Парень выглядел мрачновато. Но пообщаться с психологом никто не изъявлял желания.

— Неужели ни одна жертва насилия не захотела разобраться в своей жизни?

— Никто. Запросов не поступало. Обычно, услышав о психологической помощи, жильцы говорят: «Нет-нет, ничего не надо, у меня всё в порядке». Всем нужен лишь юрист. Когда я предлагаю разобраться, допустим, почему произошло семейное насилие, есть ли в этом заслуга жертвы, отчего всякий раз попадает в одинаковую ситуацию, то она отказывается. Помню женщину, которая 3 раза была замужем за агрессорами. Пригласил ее на консультацию: как получается находить одинакового типа мужчин? Но гражданка не пошла на контакт. Я не имею права принуждать человека к получению психологической помощи против его воли.

В эти дни, с 25 ноября по 10 декабря, проходит информационно-просветительская акция «16 дней без насилия!». Есть повод задуматься. И прервать молчание.

Для заселения в кризисную комнату звонить по городскому телефону ТЦСОН Ленинского района +375 (17) 310-67-76 либо на круглосуточную кризисную линию Минского городского центра социального обслуживания семьи и детей +375 (17) 317-32-32.

Фото Елизаветы Добрицкой

Самое читаемое